Повернув замочной скважене выданый недалеким охраником ключ, открыла дверь и, вытащив из сумки мою прелестную ношу, положила ее прямо на белоснежный кожаный диван. Поросенок уже проснулся и начинал изучать обстановку вокруг себя, что меня безумно радовало. Закрыв дверь кабинета, я быстро спустилась вниз и даже поцеловала охранника в щеку от радости всучив ему в руку ключик. На работу я не ехала, а летела словно на крыльях. Настроение было замечательное. Предусмотрительно поставив свою машину на платную стоянку, мало ли что Лаврову взбредет еще в голову, я зашла в агентство и приступила к работе.
– Это, что за х*йня?! Кто… да твою ж мать, – мужчина смачно выругался, наступив в лепешку, оставленную животным прямо на дорогом паркете его кабинета. Отборный мат, которому позавидовали бы даже грузчики на вокзале, разносился эхом на весь этаж бизнес-центра.
Вадим, услышав яростные вопли партнера, вышел из своего кабинета узнать, что произошло. А когда увидел Дениса, смачно ругающегося и бегающего по кабинету в попытках поймать маленького испуганного и визжащего поросенка, его чуть не разорвало от смеха.
В итоге Денис вылетел из кабинета, вытолкав из него Вадима, и захлопнул дверь.
– Убью эту суку!!! Закопаю живьем!!! Придушу на хрен!!! Кто ее сюда пустил!!! Уволю всех!!! – Вадим схватил разбушевавшегося партнера за руку.
– Денис, успокойся, у нас переговоры через 40 минут, – говоря это, мужчина все равно не мог не улыбаться.
– Какие к черту переговоры?! Я дерьмом поросячьим пахну!
– У тебя есть время сходить в душ.
– Бл*ть, да убери ты эту дебильную улыбку со своего лица, пока я ее кулаком не стер! Бесит!
– Я стараюсь из-за всех сил, правда, – но мужчина не сдержался и снова рассмеялся. Вадим заметил, что секретарь Лаврова тоже улыбалась, но пыталась это скрыть, отвернувшись к шкафу.
– Ларис, вызови кого-нибудь, чтоб все убрали в кабинете, и избавься от этой твари! – бубня под нос заковыристые выражения матерного характера, мужчина направился в душ.
Переговоры закончились, мы распрощались с китайскими партнерами. Наконец-то я смогу поехать к этой сучке и надрать ее задницу. Руки уже чешутся.










