Никогда не забуду, как отец Игис махнул рукой на сложности и пошел за дочерью вызволять меня из питомника. Такие поступки дорогого стоят. Тут ведь какое дело. Когда тебе помогает богатый человек, это одно. Тебе приятно, ты радуешься, доволен, но где-то в глубине души ты понимаешь, что для него это не так проблематично. Тут главное, чтобы он оказался добрым человеком, а материальная сторона для него – это второстепенно. Ну, подумаешь, миллион-два выделил на благотворительность, он ведь беднее от этого не станет. И другое дело, когда человек сам считает копейки, каждый день просыпается и думает, чем накормить себя и ребенка, но идет и помогает совершенно постороннему человеку или, как в моем случае, какой-то заблудившейся, отставшей от корабля собаке.
Да, на свете много удивительных вещей.
Я часто вспоминаю старушку, которая совершенно бескорыстно помогала моему самому первому подопечному Ивану Савельевичу.
Вылетали мы с Тамарой Исаевной рано утром на рассвете.
Тамара Исаевна обратилась по-английски к соседу по креслу, но тот улыбнулся и сказал:
– Хгаварить русски, мадам, я кхарашо понимать!
– Спасибо, – смутилась моя спутница, – так неожиданно!
– Я много год делаю бизнес Россия и наша страна, не нада удивляться.
– Спасибо, – повторила женщина.
– Посмотреть сюда, – сосед указал пальцем на удаляющийся остров, – видеть? Это означать по-русски… как правильно… светы… Нет-нет! – мужчина замахал руками. – Не цветы, а света, «многосвет»… «многоцвет». Понимать? Не цветы… не растут земля… а краска, краска! Много краска!
– Я, кажется, поняла, – обрадовалась Тамара Исаевна. – Многоцветный! Верно?
– О, йес, дорогая! – счастливо вскрикнул пассажир. – Да-да-да! Точна! «Многосветный».










