— О нет, — прошептала я, склонившись над посланником богов. — Нет, нет, нет.
Он заслонил меня собой, защитил от угрозы, да к тому же успел атаковать Халифа — не знаю, погиб ли он, но его тело лежало на разрушенных камнях, некогда являвшихся частями статуй.
— Шадари! Ему возможно помочь?
— Не знаю, — задумчиво ответила богиня, — он истощен. Если что ему и может помочь, то лишь божественное благословение. Но, как видишь, я сейчас в несколько не том состоянии.
— Тогда что же делать? — спросила я, прикусив губу. — Я не могу дать ему умереть! Кто еще будет надо мной подшучивать? А кто будет мешать и раздражать меня? Шадари, ты должна что-то сделать!
— Не могу, — тихо ответила богиня. — Но можешь ты. Проход открыт. Ты свободна.
— А ты? Идем со мной. Ты сможешь рассказать все своим братьям.
— Сейчас мы с ними в разных состояниях — они дома, откуда наблюдают за всем, и моему бестелесному духу без силы богини вход туда закрыт. Чтобы его открыть, нужно сердце. Но едва нам удастся освободить меня, купола спадут и сотни эйфинов бросятся на беззащитных людей.
— Разве ты сама не сможешь возвести эти купола заново, обретя форму?
— Нет, — покачала головой богиня, — я не могу напрямую воздействовать на жизнь людей, как и мои братья, и моя сестра: она наделила магией Халифа вместо того, чтобы самой сразиться с тобой: на это у неё нет сил, таковы правила создания новых миров.
— Тогда что делать? — пробормотала я, прикусив губу. Фарик еле дышал.
— Сейчас проходит последнее состязание. Выигравшему амиту достанется сердце, тогда братья спустятся, чтобы поприветствовать нового правителя — в этот момент они наверняка уже решат, жить Амитану или умереть: ты должна рассказать им всё, переубедить. Возможно, оказавшись здесь, они и сами почувствуют меня, ведь теперь защита Яраати, скрывающая меня от их глаз, разрушена.
Голова шла кругом. Я не понимала, что именно от меня требуется, как все это будет выглядеть, да и поверят ли мне боги? Новый амит должен уничтожить новую кладку яиц эйфинов, защитники должны вернуться в свои хааспаты, чтобы суметь противостоять песчаным червям, когда бессмертная сила вернется к Шадари. Но как переубедить богов? Как заставить их поверить мне, если они уже точно решат уничтожить Амитан?
— Беги, — шепнула Шадари. — Беги сейчас!
Я не поняла, к чему спешка. Богиня смотрела мне за спину, но там ничего не было. Я всё-таки послушалась её, подхватила Фарика и бросилась к выходу. Храм находился под землей, поэтому пришлось подниматься по темной лестнице. Пустыня встретила меня жарким палящим солнцем. Едва привыкнув к яркому свету, я смогла увидеть виднеющееся вдали здание цитадели.
