Здравомыслие это для ханжей, что бояться слова «член» и называют его высокопарно «окаянный отросток».
Чувствуй детка, как кусаю твои соски через два слоя ткани, как мну эти шикарные дары природы и уже представляю, как буду елозить по ложбинке членом, как ты вытащишь розовый влажный язычок и будешь глотать мое семя.
Соседка совсем откидывается назад, теряясь в этой нирване, что накрывает плотным кольцом мое тело и стискивает горло, заставляя задыхаться. Задираю футболку и скучный бюстик высоко под горло и охаю от того вида, что предстает передо мной. Нет, ей конечно стоит схуднуть, складка на животе об этом громко шепчет, но терять такие дыньки, что сдуются в первую очередь, будет очень жалко. Очень, очень жалко терять это сливочное великолепие с тонкой бархатной кожей и сеточкой венок, что проступают под ней.
Поэтому, пока есть время, хочу насладиться ими сполна. Обхватываю с двух сторон, стискивая, и просто зарываюсь в них, как в приятные, упругие подушки-антистресс.
Для мужика это вообще лучший антистресс. Я не раз видел, как отец после тяжелого, рабочего дня, заполненного договорами и общением с идиотами, просто опускал голову к матери на немаленькую грудь и, уже спустя несколько минут, был полон сил и энергии.
Велика сила женской русской груди.
– Шикарные титьки, – шепчу я в ложбинку и принимаюсь ее вылизывать, чертя дорожку к темным, крупным соскам. Ласкаю ореолу по кругу кончиком языка, твердую вершинку сжимаю губами.
Все это просто болезненно давит на мозг, кровь в котором шумит и пульсирует, отсчитывая секунды до падения в бездну экстаза.
Но я не тороплюсь. Исследую грудь своей соседки основательно, целую плечи, языком ласкаю пересохшие губы и снова спускаюсь к холмам.
Чтобы она приняла меня прямо сейчас, нужно даму так завести, чтобы свое имя забыла.
Продолжаю рукой сжимать сливочного цвета грудь, украшенную темно-розовым соском, как вишенкой на пирожном и чувствую, как соседка ужом подо мной извивается, демонстрируя свое отчаянное желание, чтобы я продолжал посасывать и прикусывать.
– Имя – низко шепчу между делом.
– Что? – хрипло стонет она, уже кажется теряя сознание, и все сильнее оттягивая на моей голове волосы.
– Как тебя зовут? – и правда потерялась, поэтому рукой пролажу ей в брюки, нащупываю мокрое белье, под которым влажный пушок.
Этого не люблю, но один раз пережить можно.
– Ох, что говоришь? – снова стонет она, когда пальцем поглаживаю чувствительное местечко между розовых складочек, постоянно находясь на грани попадания в тесную пещерку.
– Уже не важно, милая, сейчас будет еще лучше – продолжаю ласкать губами грудь, и кажется слишком громко звеню ремнем и молнией на ширинке, выпуская наружу своего мини-тренера удовольствия, хотя и не такого уж мини.
