Его воображаемая подруга была просто его матерью, по которой он безумно скучал, – принявшей образ девочки его собственного возраста. Тем, кто смог бы поиграть с ним так, как она обычно это делала. Тем, кто сумел бы помочь ему справиться с пугающим новым миром, в котором он оказался.
Я перевернул фотографию обратной стороной.
«1 июня 1991 г. – было написано там. – Будем храбрыми!»
Я припомнил, как, когда мы еще только переехали, Джейк бегал из комнаты в комнату, словно искал кого-то, и у меня сразу заныло в сердце. Я так сильно его подвел! Ему все равно пришлось бы тяжело, но я мог и должен был сделать больше, чтобы помочь ему пройти через это. Уделить ему больше внимания, почаще оказываться рядом, поменьше укутываться в свои собственные страдания… Так что взамен ему пришлось искать утешения в собственной памяти.
Я положил фотографию на стол.
«Прости меня, Джейк!»
А потом, уже наудачу, я порылся в остальных материалах, которые он так берег. Вид каждой мелочи причинял боль. Поскольку теперь я был убежден, что потерял своего сына навсегда и уже никогда не сумею вновь до него дотянуться, сколько бы лет жизни мне ни осталось.
Затем, выхватывая на ходу телефон, я бросился к выходу.
– Помедленней, пожалуйста, – терпеливо произнесла Аманда. – Так что, говорите, вы нашли?
Она работала без продыха всю ночь, и вот теперь – стрелки часов подбирались уже к девяти утра – могла в полной мере прочувствовать каждую минуту этой ночи. Тело и разум были измотаны выше всякого предела. Кости ныли, в голове царил полный кавардак. Меньше всего ей сейчас требовалось, чтобы Том Кеннеди нес ей по телефону какую-то пургу, особенно когда он находился в таком же растрепанном состоянии, какое чувствовала она сама.
– Да говорю же! – почти кричал он. – Рисунок!
– Вас не затруднит успокоиться и внятно объяснить мне, что все это значит?
– Он был у Джейка, в его Пакете для Особых Вещей!
– В каком-каком пакете?
– Он собирает всякие вещи – хранит их. Вещи, которые лично для него имеют какое-то значение. Рисунок был среди них. Это одна из бабочек, которые были в гараже.
Аманда оглядела колышущуюся перед глазами комнату оперативников. Сейчас, казалось, в ней творился такой же хаос, что и у нее в голове. «Сосредоточься!» Есть какой-то рисунок бабочки. Он явно имеет какое-то значение для Тома Кеннеди, но ей до сих пор не просечь почему.
– Это Джейк ее нарисовал?
– Так что он должен был видеть их в каком-то другом месте! И наверняка так оно и было. Кто-то нарисовал ему эту бабочку. Кто-то, кто их сам видел!
– Кто-то, кто побывал в вашем гараже?
– Или в доме. Это ведь то, что вы сами говорили? Что были еще люди, вроде Нормана Коллинза, которые знали, что тело находится там. Что человек, который, по-вашему, похитил Джейка, – кто-то из этих людей.
