Осталось лишь перенести тело Короля в его покои, а Ирион… он сам ныряет под воду, сворачивается клубком…
Друг умер, а песня хотя бы немного смиряет его боль. Но петь триста лет не сможет никто.
А боль – она не утихает.
Алаис застонала, поднесла руки к вискам… казалось, голова сейчас взорвется от полученных знаний. И Ирион это понял.
Змеиные глаза снова встретились с человеческими.
Картинки? Образы? Ощущения?
Он подождет здесь, на дне, под Замком. Теперь он знает, сколько ему ждать и чего, теперь уже не страшно. Пара лет, даже чуть меньше, такие мелочи…
Для того, кто ждал столетия и мучился от одиночества – пустяки. А пока…
Ирион медленно распрямился. Вода стекала с гибкого змеиного тела, водоворот отступал прочь, и Алаис ощутила, как ее поднимает – и несет вверх.
Все молча смотрели на провал.
А куда? И будет ли смысл? Все равно всех накроет, а так… хоть знать, от чего помер.
– Развяжите! – дернулся Луис.
Эттан перехватил кинжалом веревки, которые так тщательно завязывал пару минут назад, сунул клинок сыну. Глупо?
Но в этот миг они стояли плечо к плечу. И неважно, что против них доисторическая гадина! Они – вместе. Медленно, перекашиваясь на один бок, подошел Мирт, подтянулся Атрей, Тимар…
Солдаты разумно не лезли вперед, понимая, что им и одного взмаха хвоста хватит. Но…
В проеме показалось нечто громадное…
Змей лично пролезать и не пытался. Хоть и строили с запасом, но Ирион с тех пор изрядно подрос на человеческой кровушке. И пролезть мог, только изрядно разнеся фундамент. А этого не хотела уже Алаис.
Мелькнули змеиные кольца в синей чешуе, а потом из провала начала подниматься женщина.
Целая и даже не особенно вымокшая…
Сейчас удержать Луиса не смог бы никто.
Мужчина бросился вперед, подхватил жену на руки и так крепко прижал к себе, что она даже пискнуть не смогла. Куда уж там! Весь воздух выбило!
По деликатности Ирион мог бы дать сто очков вперед Луису Даверту.
Змеиное тело мелькнуло еще раз – и ушло на глубину. Шум стих, медленно повернулась обратно плита.
И только тогда люди отмерли, бросились вперед, заговорили, затормошили… Алаис терпела минут пять, молча, не отвечая никому (а как тут ответишь?), а потом рявкнула от души:
Получилось очень убедительно. Герцоги замолчали, и Алаис подняла руки успокаивающим жестом.
– Господа, все закончилось. Ирион не возражает против нашего присутствия, коронацию обговорим потом, позднее, а сейчас предлагаю покинуть подземелье. Никто не против?
Против оказались все. Даже солдаты. Ибо был реальный шанс помереть от любопытства, не успев вернуться. А потому…
– Алекс… Алаис, – поправился Эттан на правах самого хищного и наглого, – давай сейчас в двух словах, а наверху уже обговорим все подробно. Что с Дарю?
– Мертв. Водоворот свое не отпускает.
