Он говорил тихо и тоже смотрел перед собой.
Что же… Павел был откровенен. Наверное, пришло время стать откровенной и ей.
– Ты меня прости, – начала говорить Надин. – Я тогда в кофейне наговорила лишнего. В действительности я не думаю, что ты недостаточно хороший и внимательный отец. Ты заботливый и любящий, а Лиза взрослеет, у нее появляется своя жизнь. Это нормально… Проблема не в тебе. На самом деле проблема во мне. – Она помолчала, покрутила пуговицу на своем плаще, посмотрела на мраморную статую какой-то богини и решилась: – Проблем на самом деле две. Я тебя люблю, и я хочу ребенка.
Она закончила. Он долго молчал.
А чего, собственно, она ждала? Что он тут же бросится ее уверять, что тоже любит?
– Ты все еще собираешься прийти на открытие? – спросила Надин, не выдержав молчания и его непроницаемого лица.
– Да. И все еще собираюсь угостить тебя мороженым.
Встреча с Татой прошла весело и душевно. Она оказалась совсем такой, какой Лиза себе ее и представляла.
Они болтали о книжках, учебе, предстоящих экзаменах и оттенках краски для волос. Обе были блондинками с длинными волосами, и обе пока не решались на стрижку. Хотя было любопытно.
– Приходи сегодня на выставку, – пригласила Лиза подругу, когда пришло время прощаться.
– Сегодня вечером не смогу, обещала маме съездить с ней в магазин, а так загляну обязательно и даже сделаю фотоотчет. Ведь выставка же будет идти не один день?
– Нет, она пробудет здесь до середины июня, так что времени достаточно.
В гостиницу Лиза вернулась ровно в два часа и только собралась подняться к себе в номер, как увидела в холле Надин. Надин была не одна.
– Папа! – воскликнула Лиза, не сразу сообразив, что в этом месте не принято громко выражать эмоции.






