Майкл появлялся дома только поздно вечером, иногда даже ночью.
Так и сегодня Блэк появился дома лишь после полуночи.
– Как же тяжело долго не видеть тебя, - прошептал он, обнимая меня.
– И я бы хотела видеть тебя больше, чем несколько часов в день, – призналась я.
– Χотелось бы сказать, что скоро все закончится. Но… Не все так просто. Мы распутываем клубок за клубком, полстолицы было под влиянием королевы.
– Неужели они не понимали, что преступают закон?
– Кто-то не понимал, им промыли мозги идеей об истинном наследнике Нормана Нотгерского. Умела это делать Сильвия Нотгерская. Кто-то понимал, что все ложь, но следовал за королевой-матерью. Если ты нечист на руку, то переворот довольно выгоден.
– Все так плохо? - спросила я.
– Мы арестовали несколько министров, высокопоставленных вельмож, приближенных к императору. Всех придворных, замеченных хоть раз в покоях Ее Величества. Большая часть из них была в сговоре с заговорщиками. Каждого пришлось допросить на кристалле правды. Столько брани, как за последние дни, я никогда не слышал.
– А что с вашим братом? Что Чарльз решил в его отношении?
– Мэтт Востег провел серию магических операций,и сейчас Лиам лишь немного похож на Чарльза. Это все, что мы могли сделать для него. Ему больше нет нужды постоянно носить маску. Но тем не менее свободы он больше не увидит никогда. В ближайшее время состоится суд, где он будет присутствовать без маски, чтобы все видели, что это не близнец императора, а лишь похожий на него человек.
– Но можно же определить родство по крови и ауре, - вспомнила я.
– Можно, но не в этом случае. Мэтт Востег оказался настолько силен, что и ауру подправил Лиаму. А после этого изменился и состав крови,теперь он родственник императора, возможно, дальний, но не брат-близнец.
– А если Лиам что-то скажет во время суда? Насколько я помню, он не робкого десятка.
– Лиам до сих пор в многомагических наручниках. Они сдерживают его лучше всех охранников. Это новая разрабoтка наших теневых артефакторов. Браслеты не только блокируют магию, но и вытягивают ее из преступника.
– В них есть аталит? – догадалась я.
– И это также. В общем, это многогранное удерживающее устройство, в котором можно настроить почти все что угодно. В данном случае будет лишение голоса.
– А суд такое примет?
– У него просто не останется выбора. Сейчас все боятся Чарльза, как бы не оказаться по другую сторону вместе с заговорщиками, когда целые рода лишаются всего.
– Но как же так? Ведь наверняка нė все же в роду виноваты? – встрепенулась я в руках моего Темного герцога.
– Поэтому я и пропадаю в департаменте целыми днями. Мы не хотим наказывать невинных. Но нужно разобраться, кто виноват, кто нет. Не всегда кристалл правды помогает в определении вины.
