- Итак, предчувствия меня не обманули, - высокомерно и холодно произнес он, доставая из трости меч и поддевая кончиком меча мое платье.

- Абель…  – произнесла мама, целуя его и пытаясь повернуть его голову к себе, - Давай, они оденутся, выйдут завтракать, и тогда ты с ними поговоришь…

- Эльза, - высокомерно произнес папа, мечом бросая мне платье, - Оделась и пошла в свою комнату. С тобой я буду говорить потом.

Он направил меч на Лиса.

- Ты всегда прикрывал мою спину. А однажды даже заслонил собой. Я это помню. Прекрасно помню. Прекрасно помню, как ты умирал на моих руках. А теперь ты лежишь в постели с моей дочерью в моем доме. Ты ударил меня в спину, Эрхард, - надменно произнес папа, глядя на него очень грустными глазами, -  Считай, что ты меня предал…

Я вскочила, заворачиваясь в простыню, и хватая меч Лиса с пола. Я стояла с выставленным мечом и смотрела на отца.

- Не позволю, - тихо произнесла я, сама себе удивляясь, - Папа.

Мама смотрела на нас, а потом молча встала между нами со словами:

- Как же вы мне все дороги! А я –то думаю, почему вы театр не ходим? У нас тут дома еще те шекспировские страсти.

Я ее не узнавала. Особенно, когда она вырвала меч из моих рук, а потом разжала пальцы отца. Два меча она бросила на пол.

- Я перед тобой, Алард, дважды в неоплатном долгу. Сначала ты спас мне жизнь, а потом подарил ее смысл, - произнес Лис, беря меня за руку, надкусывая мой безымянный палец и надевая поверх выступившей крови кольцо.

- Я люблю ее. Она для меня значит куда больше, чем ты можешь себе представить. И ты об этом знаешь. Я хотел попросить ее руки, когда вы вернетесь через два дня, но я прекрасно понимал, что ты найдешь предлог отклонить мое предложение. Так вот, Алард, - Лис усмехнулся, - Я не оставляю тебе выбора, как ты не оставлял его никому… Я беру в жены твою дочь.