Прямо из развороченной раны, хрустя костями и сочась склизкой жижей, выросла ГРОМАДНАЯ ПАСТЬ!

Исполинская зубастая рожа, больше всего похожая на помесь акульей морды и башки богомола. Из пасти торчали кривые ятаганы клыков, с краев свисали лоскуты кожи. По бокам от челюсти судорожно молотили когтистые лапы, царапая бетон.

Жуткое исчадие мотнуло башкой и с утробным рыком ринулось на Риту. Пасть щелкнула, норовя перекусить девку пополам.

Рита истошно завизжала, в последний момент отпрыгивая в сторону. Клацнувшие челюсти лишь чудом не отхватили ей башку! Пасть взвыла от досады и задергалась по сторонам, ища новую жертву.

Мне наконец-то удалось вывернуться из пут Вадима, тот тоже офигел от творящегося дерьма и потерял концентрацию. Прижимая ладонь к развороченному плечу, я попытался подняться.

Твою Бездну, больно-то как! Неужто эта хтонь… из меня выросла? Да быть того не может!

Я попытался воззвать к жуткой пасти, подчинить ее своей воле. Куда там! Тварь и не думала слушать «хозяина», она будто взбесилась и жила своей жизнью.

Тем временем на крышу выскочили охранники, привлеченные грохотом и воплями.

С десяток вояк в полной боевой выкладке, с автоматами и дробовиками наперевес.

— Это еще что за?!.. — проорал один из них, вытаращив глаза на монструозную пасть.

— Да пофиг, мочи ее! — рявкнул другой.

Пули густо засвистели, впиваясь в бугрящуюся плоть чудовища. Кровь и ошметки полетели во все стороны, но твари хоть бы хны!

Шальные пули защелкали по моему покрову, чудом не пробив его к чертям. Я взвыл — больно, чтоб вас, синяки точно останутся! Но стиснул зубы, пережидая обстрел. Отбиваться пока нечем, все силы уходят на борьбу с обезумевшим исчадием.

А пасть меж тем стремительно мутировала, на глазах превращаясь в нечто совсем уж несусветное. В жутком гротеске смешались лапы, щупальца, клешни. Извивающаяся тварь вопила нечеловеческими голосами, разевая десятки зубастых глоток.

Тентакли ухватились за бетон и металл и стремительно всосали их внутрь бурлящей туши. Монстр пожирал все, до чего мог дотянуться, стремительно увеличиваясь в размерах.

«Дело — дрянь!» — лихорадочно стучало у меня в голове, — «Неужто эта дрянь сейчас сожрет весь Склад? Ох зря, ох зря я пил голубую кровь на пустой желудок, без закуски…»

Так, надо срочно отрезать эту пакость от себя.

Авось, без подпитки от моего духовного начала она сама загнется.

Собрав остатки самоконтроля, я призвал Лезвие Бездны и одним махом отсек пульсирующий отросток плоти, на котором крепилась эта жуть.

Плечо пронзила чудовищная боль, рана запузырилась алой кровью вперемешку с голубоватым ихором. Меня замутило, перед глазами заплясали черные точки. Но усилием воли я прижег рану, останавливая распространение заразы.