В результате, он укатил в Москву, получив от родного столичного дяди какое-то заманчивое предложение, а Маша осталась у разбитого корыта.
Конечно, она с тех пор пыталась встречаться, завязывать отношения и поначалу даже довольно бойко ходила на многочисленные свидания. Но, со временем, очень устала от череды лиц и чужих «тараканов», опустила руки и просто перестала искать.
Её вполне устраивала её вялотекущая и однообразная жизнь, имевшая, однако, и свои прелести и плюсы от статуса «свободна». А о том, что будет дальше, девушка старалась не думать, чтоб не расстраиваться и не впадать в депрессию…
***
Семья встретила её шумно и радостно. Когда улеглась первая волна приветствий, поцелуев и, даже, маминых слёз, Маша кратко и в общих чертах описала свои сначала безработные мытарства, а потом сложившуюся неприятную ситуацию на новой работе.
Как и ожидалось, мама сразу нашла решение: дочка немедленно должна оставить этот неблагодарный серпентарий, который не оценил в должной степени все достоинства и профессионализм её Маши, вернуться в родительский дом, «а Гриша уж тебе здесь работу найдёт! По специальности и без разных ползучих гадов в руководстве!»…
Два дня тесного общения с родителями и любимым сладким пончиком – племянником сделали своё дело: Маша как следует отдохнула душой, расслабилась и к понедельнику была полна сил продолжать свою нелёгкую работу в «серпентарии». -
***
Утро понедельника было недобрым. Во-первых, лето, судя по всему, в Питере закончилось. С ночи зарядил мелкий противный дождь и задул неприятный пронизывающий ветер.
«Ну что ж, - размышляла Маша, спеша к зданию фирмы, - июль-месяц - пора-пора. Итак, лето в этом году подзадержалось. Пары солнечных дней в начале мая и недели в июне обычно бывает достаточно. А тут даже в сарафанах удалось пощеголять».
А во-вторых, осень для всех в фирме, похоже, наступила и в душе: все были хмурыми, неприветливыми и безрадостными.
Дмитрий Олегович появился на работе с жутким для него опозданием в две минуты и, как бы оправдывая такой со своей стороны предосудительный и злостный поступок, вместо обычного «здрасте» кинул Маше: «парковка забита».
Мария Валентиновна принесла к нему в кабинет свой подносик, и, всё расставив, замерла в ожидании: «Что изволите, барин?». Босс окинул её хмурым взглядом и молча отвернулся к компьютеру. Ну, Маша молча и ушла.
Через минуту в селекторе раздалось яростное:
- Где расписание?!
- У Вас на столе справа.
В ответ – тишина… «Ну и ладно», - подумала Маша, отмахнувшись от подступившей к горлу обиды.
Всё утро она была занята. Обычный понедельник: все несрочные дела уже, начиная с четверга, откладываются на следующую неделю, а в результате, в понедельник – шквал визитёров, звонков и бумаг.
