В итоге был найден сильный маг, с помощью которого и создали правдоподобную иллюзию, демонстрирующую меня и Вейроха целующимися в укромном уголке сада.
Всех лиц, причастных к заговору против императорского дома казнили через десять дней после покушения на меня. Эльфы с их специфическими умениями оказали неоценимую помощь расследованию.
А я всё время думала, сколько же нужно иметь ненависти в сердце, чтобы хладнокровно отравить невиновного человека. Бедная Эберми. Она жила в клетке, постоянно терроризируемая собственным отцом. Девочка была не виновата в преступлениях матери, и сейчас я искренне оплакивала её, прося у высших сил, чтобы они подарили ей новое воплощение без боли.
Но время текло, будто полноводная, горная река, события шли своим чередом, стирая болезненные воспоминания. Нашему сыну исполнилось шесть лет. Даже не верилось, что минуло столько дней. Дар рос серьёзным мальчиком и рано научился разумно использовать магию, которая становилась сильнее с каждым днём.
- Как ты думаешь, когда наш сын сможет исполнить просьбу ундин? – Ярхорн притянул меня к себе, целуя в плечо.
Мы стояли на обрыве одного из заповедных островов и смотрели, как местное светило утопает в розовой вате облаков.
- Если магия будет крепнуть такими темпами, то уже через пару лет, - улыбнулась мужу, растрёпывая его платиновые пряди.
- Скоро проснётся его дракон, - продолжил Яр. – У нас принято отмечать это событие.
- Надеюсь, в этот раз праздник обойдётся без неприятностей, - хмыкнула.
Ярхорн рыкнул, и я почувствовала, как напрягаются его мускулы. Он до сих пор остро переживал тот день.
- Эбби, мне кажется, нам пора подумать о маленькой сестрёнке для Дара, - перевёл неприятную тему муж. – И я совсем не против, если мы займёмся этим прямо сейчас, - Яр игриво прикусил мне мочку уха, отчего по всему телу побежали мурашки.
Я по-прежнему остро реагировала на своего мужчину. Возможно, это следствие драконьей сути, а может быть, мы – половинки душ, которые соединили высшие силы.
- Согласна, - прошептала мужу в губы, увлекая его к поляне с мягкой травой.
- Я люблю тебя, - с надрывом проговорил Яр, кутая меня в своих объятиях. – Иногда ощущаю себя полным безумцем, - рассмеялся он, когда мы лежали на мягкой травяной перине, раскинувшись под розовой ватой низких облаков.










