В душе разрасталась пустота.
Счастье, которое я испытывал в последние недели, надежда, которую я разрешил себе питать впервые в жизни, – все это постепенно растворялось, пока не осталось ничего.
Ничего, кроме понимания того, что я пропал.
Я чувствовал, как маска бесчувственности снова наползает на мое лицо, как будто она никуда и не исчезала. И я без выражения спросил:
– Что я должен сделать?
26
РубиПосле того как Мортимер Бофорт ушел, настроение у всех упало до нуля.
Джеймс вышел из дома, бледный как мел и с таким взглядом, что во мне поднялась паника. Но когда мы принялись его расспрашивать, что случилось, он только отмахнулся, взял свою тарелку, отставленную на стол, и начал есть.
После этого вечеринка угасла. Я настолько была занята тревогой за Джеймса, что даже не вздрогнула, когда Эмбер села в машину Рэна. Но у того по крайней мере хватило порядочности, чтобы помедлить и бросить в мою сторону вопросительный взгляд, но я лишь помотала головой и пожала плечами.
Так я хотя бы получила возможность спокойно поговорить с Джеймсом, поведение которого беспокоило меня с каждой минутой все больше.
После того как мы добрых полчаса молча ехали в сторону Гормси, я подвинулась к нему ближе на заднем сиденье и взяла его за руку.
– Поговори со мной, – тихо попросила я.
Джеймс, глядевший в окно, повернул ко мне голову. Потом взял мое лицо в ладони и поцеловал.
Он оторвал губы от моих, но так и не выпустил лицо из ладоней. Когда я открыла свои глаза, то увидела, что его глаза все еще закрыты.
– Джеймс…
Руки его дрожали.
– Мне очень жаль, – хрипло сказал он. – Мне… так жаль.
– Что? – настойчиво спросила я, вцепившись в запястья. В этот момент мне хотелось держать его как можно крепче. – Джеймс, я боюсь.
Дыхание Джеймса было прерывистым. Меня просто убивало то, что сделала с ним встреча с отцом.
– Что случилось? – прошептала я, поглаживая большими пальцами его запястья.
Джеймс выдержал мои прикосновения еще несколько секунд, потом откинулся на спинку сиденья. Обеими руками потер свое лицо.
– Отец… – Кажется, он с трудом подыскивал подходящие слова. – Он победил.
Размытые огни дорожных фонарей равномерно проносились мимо нас, но создавалось впечатление, будто время остановилось.
– Что?
– В понедельник мне придется вернуться в «Бофорт». – Он откашлялся. – А сегодня вечером вернуться домой.
– Нет, – вырвалось у меня. – Нет, Джеймс. – Я хотела взять его за руку, но он ее отдернул. Сердце упало. – Неважно, что он тебе сказал, – решительно произнесла я. – Мы найдем выход.
– Слишком многое поставлено на карту. И риск велик.
Я отрицательно покачала головой.
– Руби…
– Нет! Чем бы он тебе ни грозил, это не стоит того, чтобы ты жертвовал своим будущим.
