Вот лабораторное стекло, сброшенное небрежно, но меж тем уцелевшее — не иначе как чудом. Книги. Мои дневники с заботливо вымаранной первой страницей. Три газовые горелки и бутыль со спиртом. Египетская мумия и фарфоровая кукла, затесавшаяся в прошлую мастерскую по случайности и теперь переехавшая сюда вместе с прочим добром. Слепки зубов старого Ангуса… отливки я так и не сделал. Кожаный чемодан с инструментом… железо… снова железо… опять железо…
— Мистер Дарроу, может быть, вы прерветесь на чай? — осведомилась миссис Мэгги, чье появление я пропустил.
Сегодня на ней был новый наряд: черное платье с белым кружевным воротником и белым же фартуком, поверх которого лежал привычный уже пояс. Праздничность убранства подчеркивали нарядный чепец и тонкая цепочка с медальоном-ракушкой.
Неужели, в доме гости?
— Я бесконечно рад и благодарен за приглашение, но вы сами видите, что мой нынешний вид не позволяет… — Я продемонстрировал метлу из куриных перьев, которой смахивал с ящиков пыль и мелкий дорожный сор.
— У вас будет столько времени, чтобы привести себя в порядок, сколько вам нужно, — сказала она, глядя с явным неодобрением. Кажется, сегодняшний вечер нанес сильнейший удар по моей репутации. Однако, увы, здесь я ничего не мог поделать. Разве что принять настойчивое — почти неприлично настойчивое! — приглашение.
— Мы очень надеемся, что вы сочтете возможным присоединиться к нам с Пэгги, — повторила леди, водружая на нос очки. — Мы хотели с вами поговорить.
И эта манера речи, прежде ей несвойственная… определенно, в доме грядут перемены.
Тогда я и представить себе не мог, сколь глобальными они будут.
Прежде, чем подняться в гостиную, я привел себя в порядок. А заодно с сожалением отметил, что гардероб мой следовало бы пополнить десятком-другим рубашек, не говоря уже о носовых платках и перчатках. Правда, следом пришла мысль, что Дориану Дарроу не мешало бы пересмотреть некоторые прежние привычки, каковые, несомненно, принадлежали совсем другому существу.
— Совсем другому, — повторил я, глядя в честнейшие глаза отражения. Оно подмигнуло в ответ.
Следует сказать, что здешние чаепития разительно отличались от тех, каковые устраивались в Хантер-холле в каждую пятницу, если только она не выпадала на праздник или чьи-либо именины.
Здесь не было места суровым ритуалам, расписанному по минутам шествию и виртуозным танцам прислуги вокруг малознакомых мне людей, собравшихся лишь затем, что собираться было принято.
