Ладно уж тебе, так показываю, понравился ты мне.
Спорить я не стал. Чего зря языком-то молоть, в самом деле. Будут рога — сделаю бабушке полезный подарок. А не будет… Ну, наверное, всё равно сделаю. Помогать человеку, который в трудных условиях не сдаётся и крутится — это дело приятное. Неприятно — это тянуть из болота тех, кто плюхнулся на задницу и нюни распустил. То ему не так, это не то, в топах одно дерьмо, литература мертва… Так, о чём это я? А, да. Рога. Думаем о рогах, концентрируемся на рогах!
Деревня, в которую мы пришли, была мне не знакома. Впрочем, от всех других, виденных прежде, отличалась примерно никак.
— А кто хозяин этого прекрасного места? — спросил я.
— Вестимо — граф Давыдов, — отозвалась Карелия Георгиевна. — Старый-то, бают, помер этой весной. Там молодой какой-то нарисовался. Ну, вроде, ничего. Сами-то в глаза не видали. Только слухи доходят.
— Да мало ли врут люди. Что он не только граф, но и охотник, например. Да не абы какой, а самый лучший. Столько, говорят, за одно только лето тварей перебил, сколько все остальные за год не перережут.
— Ну, это они преувеличивают, конечно…
— Да говорю ж — врут, как дышат! Где ж такое видано, чтобы граф — да за тварями по лесам и болотам скакал! Вот ты, ежели б у тебя усадьба своя была, да крепостные — разве б пошёл чёртовы рога искать?
— Нет, конечно! Что ж я — дурак, что ли? Сидел бы дома, чай пил. Вздыхал от древнерусской тоски, глядя, как опадает листва с деревьев, а свободной рукой щупал бы Марусю за задницу.
— Это что за Маруся?
— Это как будто бы крепостная моя.
— Ох, и выдумщик ты!
— Есть маленько. А твари-то вас не тревожат, бабуля?
— Господь миловал, — перекрестилась Карелия Георгиевна. — По лесам спокойно ходим. Только вот…
— Ну а куда ж я тебя веду, касатик?
— Хах! Шутник. К Бирюку идём.
— Бирюк — мужик это такой, прозвание у него. Как звать — никто уж и не помнит. Вона его хата, с краю. Ох, и тёмный, ох, и мутный мужик! Шепчутся по деревне, что колдовством занимается. Вот на свадьбы-то и зовут, на всякий случай.
— А свадьбы тут с какого бока?
— Ну как же! Вестимо: если колдуна на свадьбу не позвать — разозлится и напакостит. Может вовсе молодых убить колдовством. А может весь поезд свадебный в волков превратить!
— А что, бывало уже такое?
— С Бирюком-то? Не! Говорю ж, зовут на всякий случай. А бошку чёртову — он уволок, точно знаю. Видала я, как ночью эту страсть домой к себе пёр. Мне ж не спится. Я ночами гуляю, когда тепло. Всякое примечаю. Вот его дом. Хошь — иди, спрашивай. Да только я тебе ничего не говорила. Давай лукошко, домой пойду. Устала я, чай, не молодуха.
С этими словами Карелия Георгиевна решительно забрала у меня лукошко и потопала прочь. Я её не задерживал. На цель навела, дальше сам разберусь.
Изба предполагаемого колдуна стояла на отшибе.
