Случаи из практики величайшего сыщика всех времен и народов, о которых только УПОМИНАЛ в своих рассказах его друг и ассистент доктор Уотсон.Чем так заинтересовало Холмса «дело о пропавшем кузене»?В чем крылась загадка «безумия полковника Уорбертона»?Что представлял собой таинственный «кошмар Дептфорда»?Самые необычные преступления и самые таинственные расследования, о которых собирался, но не успел поведать сам сэр Артур Конан Дойл и которые дописали его сын Адриан Конан Дойл и прославленный мастер классического детектива Джон Диксон Карр!

Адриан Конан Дойл, Джон Диксон Карр

Неизвестные приключения Шерлока Холмса

© The Estate of Clariсe M Carr, 1954

© Издание на русском языке AST Publishers, 2017

Среди своих записок я обнаружил свидетельство того, что это произошло вскоре после полудня 16 ноября 1887 года, когда внимание моего друга Шерлока Холмса впервые привлек весьма необычайный случай, в котором фигурировал человек, ненавидевший часы.

Прежде я везде писал, что знал об этом деле только понаслышке, поскольку описываемые события произошли вскоре после моей женитьбы. Более того, я пошел еще дальше, утверждая, что после женитьбы долго не видел Холмса и встретился с ним только в марте следующего года.

Однако дело, о котором пойдет речь, оказалось настолько деликатного свойства, что, уверен, мои читатели простят столь долгое молчание того, кому гораздо чаще приходилось сдерживать свое перо, чем давать ему полную свободу в погоне за сенсацией.

Тогда, буквально через несколько недель после нашей свадьбы, моя жена была вынуждена покинуть Лондон в связи с делом Таддеуша Шолто, которое в итоге оказало столь значительное влияние на наше будущее. Обнаружив, что жизнь без нее в нашем новом доме невыносима, я на восемь дней вернулся в старые комнаты на Бейкер-стрит.

Шерлок Холмс был только рад этому и принял меня без лишних расспросов и комментариев. Но должен признать, что уже следующий день – а это как раз и было 16 ноября – начался так, что не предвещал ничего хорошего.

Стояла пронизывающе холодная погода. Все утро наши окна окутывал желто-бурый туман. Были включены все лампы и газовые горелки, пылал уголь в камине, и весь этот свет падал на столик для завтрака, остававшийся неприбранным далеко за полдень.

Шерлок Холмс пребывал в дурном расположении духа, если не сказать – в смятении. Забравшись с ногами в свое любимое кресло в халате мышиного цвета и с трубкой вишневого дерева в зубах, он просматривал утренние газеты, время от времени отпуская язвительные замечания.

– Ничего интересного для вас? – поинтересовался я.

– Мой дорогой Уотсон, – отозвался он. – Я уже опасаюсь, что жизнь начала превращаться в подобие однообразной и плоской равнины с тех пор, как мы расследовали дело печально известного Блессингтона.