Японцы предложили несколько многообещающих проектов. Целесообразно устроить быстрый брейн– сторм, а вечером я буду весь твой…
– Да, конечно, – понимающе кивнула Амаль.
Уже через пару минут, девушка стояла под расслабляющими струями воды, думая о них… После той сумасшедшей ночи в шатре, перевернувшей все в ее жизни, определившей дальнейшую судьбу, прошло больше года… А супруги все еще не могли утолить жажду друг по другу… Ярко горели… Здесь, под теплыми, обволакивающими струями воды, наедине с собой, когда можно было снять с себя все реальные и условные короны, когда можно было вновь почувствовать себя девочкой Аммули, она могла себе признаться, что старалась для него… Старалась быть хорошей женой, достойной Его женой.
Давала ли ему все, что он хотел? Муж утверждал, что да… И Амаль верила ему. Очень старалась в этих отношениях, возможно, в этом был секрет. Впрочем, как и он… Вот только, если старания Фахда сводились к тому, чтобы позволять жене чувствовать себя максимально любимой и реализованной, то в ее случае, постоянным «дамокловым мечом» над ней висела идея– фикс, что до нее ему было дозволено намного больше… Непроизвольно в голову то и дело лезли мысли о том, что мужчина, познавший вкус стольких женщин, рано или поздно пресытится одной… Это как гурман, которого заставляют все время есть пусть и первоклассный, но один и тот же стейк… И тогда, она захотела все время меняться для своего гурмана, постоянно удивлять… Амаль старалась давать ему это «больше».
О том, что в Фахде присутствует доминант, Амаль поняла еще в их медовый месяц. Они занимались сексом много и по– разному.
Она помнит этот разговор, как вчера…
Они сидели у костра, смотря на звездное небо. Медовый месяц, как и предложила Амаль, проходил в его особняке.










