Пасечник

В лесу можно было ходить с завязанными глазами: ни одного поваленного дерева, никакого бурелома, словно и не лес это, а чистенький парк. Егор не видел ни мусора, ни бутылок, ни консервных банок. Маленькие косули в белых пятнышках спокойно прыгали по лесным дорожкам, совершенно не боясь человека. А однажды Егор увидел очаровательных полосатых поросят, пересекавших ему путь. Он застыл с открытым ртом, да так и стоял бы, пока Леха не дернул его за руку:

– Дурак, бежим, их мамаша рядышком!

Немецкие деревеньки невозможно было сравнить с русскими селами, словно и не деревни это, а маленькие городки, где имелось все необходимое для нормальной жизни.

Все из камня, и дороги вымощены булыжником. Никакой грязи, чистота везде. Почему дома все не так? Ведь у них самая сильная, самая большая страна? Разве можно было их назвать ленивыми людьми? Нет. То и дело по радио с гордостью сообщали об очередном «догнали и перегнали». Советские люди первыми покорили космос, никогда не проигрывали в олимпиадах и боролись за мир во всем мире! А наши ученые? А писатели? Художники, спортсмены, строители, композиторы – самые лучшие – наши, наши, наши!

Но почему же у наших так плохо устроен быт? Почему у наших не было таких красивых машин и таких нарядных одежд? Почему за любой ерундой нужно было отстаивать огромные очереди в магазинах, с боем доставать, отвоевывать продукты и предметы быта? Господи, какая чепуха… И как обидно, что побежденные живут лучше победителей.

Мама Егора, чтобы проводить сына в армию, сбилась с ног. Нужно было накрыть стол, купить вина, собрать сумку в дорогу. А в холодильнике висела мышь. Нет, они не голодали: котлеты, селедку и картошку ели в достаточном количестве.

Не было мяса – обходились квашеной капустой или винегретом. А иногда – макаронами с подливой. По праздникам отрывались, конечно, по полной. Мама припасала к торжественным датам баночку шпрот, финский сервелат, майонез и ананасы. Даже, если и не было дефицитной колбасы, никто не расстраивался. Мать смеялась: сыр и чеснок на кухне королек! И была права.

Яйца с сырной начинкой, курица под сыром с чесноком, гренки, салат – красота! Подумаешь, финский сервелат. Невелика потеря!

Бедная мама, тихая, добрая, никому не делавшая зла, милая, хорошая.

Отец бросил ее, когда Егорке было лет пять.

– Уехал в командировку, – коротко сказала она сыну однажды.

И командировка отца не кончалась, тянулась долгие годы. А мама, умница и красавица, тянула на себе проклятый быт. Где-то подрабатывала, как-то крутилась – и так – всю жизнь! Об отце Егор скучал, поначалу плакал и страдал, а потом, повзрослев, вычеркнул его из своей маленькой семьи раз и навсегда. Нет никого хуже предателей. Предатели хуже Гитлера, от таких отрекаются. Вот и Егор – отрекся.