Мы два раза карету «Скорой помощи» вызывали. Прости, не до первого сентября нам с мамой было.
— А может, надо было мне позвонить? Снять блокировку с телефона моего сына? И вообще, девочку родной матери вернуть? — отметая болезненные чувства по поводу имени, хмурюсь я.
— Нет, Даш. Исключено. Ребенок особенный, с ним очень сложно. Такая, как Юля, не потянет все трудности.
— А мама твоя, значит, потянет? — начинаю злиться. — Кто дал тебе право забрать ребенка у матери?
Сергей зловеще приподнимает бровь. — Может, право отца?
Я молчу. Не вижу смысла начинать ссору перед школой, где так много любопытных глаз.
— Ребенку нужна мать, Сережа. Особенно, такому сложному ребенку, как твоя дочь, — произношу наконец.
Сергей нервно проводит по волосам рукой.
— Не лечи меня, поняла? Когда ребенок оказывается на грани, внезапно осознаешь, что для тебя важно, а что нет.
Я растерянно смотрю в его глаза. «А как же Даня?» — рвется из груди вопрос, но я его не озвучиваю. Какая теперь разница, если он выбрал дочь?
— Короче, Даша, эта ночь расставила все точки над «И». Даня с тобой. Мне сейчас некогда, честное слово.
Я округляю глаза.
— Как, со мной? Ты в своем уме? Мне на работу ехать! Мама моя тоже на работе, папа в больнице.
— Даш, а ты не зазвездилась, а? Ты его мать, решай, как с ним быть. Все, адьос, бейба, я убегаю. Малышке надо успеть купить лекарство и памперсы. Новикову привет. Поздравь его от меня с вступлением в новую должность. Папой быть не так просто, как кажется. Приставки, телек завезу позже.
Муж уходит. Торопится, почти бежит по дорожке к выходу, приложив к уху мобильник.
Я ошеломленно хлопаю глазами. Вот те на. Сюр-при-и-и-з! Как же похоже на Сергея…
— Мам, всех зовут строиться! — вырывается из моих рук Данил.
Киваю: дождусь, конечно.
Его лицо озаряет улыбка. В зеленых, как у Сережи, глазах вспыхивает детская радость.
Он несколько секунд медлит, а потом подскакивает, тянется ко мне и звонко целует в щеку.
— Я тебя люблю! — кричит громко.
А я стою, смотрю, как мой сын, такой взъерошенный и счастливый, расталкивает одноклассников, размахивая перед лицом пышным букетом астр, и в сердце против воли вспыхивает что-то приятное, материнское.
