Николь проходит мимо кухни в их квартире, выходящей в сад, замечает, что один из ножей стоит на подставке острием вверх. Опасаясь, что, если не поставить его правильно, Элси может взяться за него и порезаться, Николь берет нож и кладет в ящик. Однако в этот момент он выскакивает, и лезвие разрезает ей ладонь.
Рана, хоть и не глубокая, сильно кровоточит. Николь строго говорит Элси подождать ее в гостиной и кидается в ванную обработать рану. Дверь ванной она не запирает, а просто прикрывает, чтобы Элси не увидела кровь. По крайней мере два раза за время, проведенное там, Николь окликает дочь и спрашивает, все ли у нее в порядке, и Элси отвечает да, но в последний раз жалуется, что ей немного жарко.
На то, чтобы остановить кровотечение, обработать рану и перевязать руку у Николь, по ее мнению, уходит от двадцати до двадцати пяти минут. Она зовет Элси, но та не окликается. Ищет ее по всей квартире – ребенка нет. В панике она выбегает за дверь, в холл, смотрит на лестничной клетке и у почтовых ящиков, но Элси не находит.
Она кидается назад в квартиру и звонит 911. На грани истерики говорит оператору, что у нее «похитили ребенка». Несмотря на ее состояние, оператору удается получить необходимую информацию. Полицейские в форме прибывают на место спустя шесть минут, начинают собственные поиски, но ребенка не находят. Один из них замечает, что входная дверь стоит нараспашку, и спрашивает мисс Сингер, была ли дверь заперта, когда девочка дожидалась ее, а она оказывала себе первую помощь. Мисс Сингер по-прежнему на грани истерики, но говорит, что дверь точно была заперта, или она думала, что та заперта, но поскольку с тех пор выбегала в холл, не может быть уверена.
По всему району прочесывают улицы – и полиция, и многочисленные волонтеры, – но никаких следов Элси обнаружить не удается. Когда на следующий день к делу привлекают ФБР, агенты советуют проверить на детекторе лжи и мисс Сингер, и ее бойфренда, мистера Роуэна.





