Вы довели Бетси до слез сегодня утром. Похоже, вы думаете, что хорошие горничные растут на деревьях.
Слава Богу, они почти добрались до библиотеки. Пирс помедлил на секунду, не в первый раз подумывая об ампутации ноги. Он мог бы обзавестись носилками типа египетских, в которых перемещалась Клеопатра. Ходить, конечно, стало бы на порядок труднее, но по крайней мере он избавился бы от этой адской боли.
– Ваш отец прислал письмо, – сообщил Прафрок. – Я взял на себя смелость положить его на ваш письменный стол.
– Скорее взял на себя смелость вскрыть его над паром, – хмыкнул Пирс. – И о чем он пишет?
– О ваших брачных планах, – отозвался дворецкий, ничуть не смутившись. – Кажется, ваше последнее послание не отбило у него охоту вмешиваться. Признаться, я удивлен.
– То, где я назвал его идиотом? – уточнил Пирс. – Его ты тоже прочитал, пронырливый хорек?
– Вы настроены сегодня поэтически, – заметил Прафрок. – Вначале аллегории с миногами, а теперь снизошли к своему недостойному дворецкому. Я польщен.
– Так о чем пишет герцог? – поинтересовался Пирс, глядя на дверь библиотеки. Он почти физически ощущал, как бренди льется в его горло. – Я сказал ему, что женюсь только на женщине, которая будет прекрасна как солнце и луна, вместе взятые. Это художественный образ, если ты не понял. Ну и добавил еще парочку качеств, достаточных, чтобы его хватил удар от отчаяния.
– Он занят поисками невесты, – сообщил Прафрок.
– Надеюсь, для себя. Хотя он и затянул с этим делом, – заметил Пирс, не слишком заинтересовавшись. – У мужчин его возраста уже не те яйца, что прежде, если ты извинишь мне эту вульгарную правду, Прафрок. Видит Бог, у тебя более деликатная натура, чем у меня.
– Была, прежде чем я поступил к вам на работу, – возразил дворецкий, распахнув дверь библиотеки.
Но на уме у Пирса было лишь одно. Золотистое, огненное на вкус, способное притупить боль в его ноге.
– Значит, он ищет невесту, – рассеянно повторил он, направившись прямиком к графину с бренди и плеснув себе щедрую порцию. – Скверный выдался денек. Не то чтобы это волновало меня – или тебя, если уж на то пошло, – но я ничего не смог сделать для молодой женщины, которая появилась у задней двери сегодня утром.
– Со вздутием живота?
– Это не обычное вздутие, и, если я разрежу ее, она умрет. А если не разрежу, ее убьет болезнь. Я выбрал более легкий вариант из этих двух. – Он залпом осушил бокал.
– Ей некуда идти. Я поручил ее сестре Матильде, распорядившись положить ее в западном крыле и обеспечить достаточное количество опиума, чтобы она не задумывалась о том, что ей предстоит. Слава Богу, замок достаточно велик, чтобы разместить в нем половину умирающих во всей Англии.
