Да, я терпеть не могу, когда мне что-нибудь навязывают, но при мысли, что наша с Мортифором связь разорвется, на душе стало пусто и неуютно. Наверное, он будет рад от меня избавиться.
— Я отпущу тебя, — продолжал тем временем удивительно серьезный Мортифор, — но не потому, что хочу этого. Нет. Просто я знаю, что силой и принуждением от Дракона ничего не добьешься. Вы не терпите диктата и подчинения. Я отпущу тебя, но не сейчас. Видишь ли, моя политическая ситуация все еще не стабилизировалась, а союз с Драко здорово укрепляет политические позиции. А впрочем, я ведь не это хочу тебе сказать, — Мортифор запнулся, словно нервничал.
А я слушала его и не понимала, почему же так сильно колотится сердце, а в душе, словно солнце выглянуло из-за облаков. Почему я уже с минуту боюсь дышать, опасаясь прервать его? Почему хочется засмеяться от радости и расцеловать целый мир? Почему внутри так легко, что кажется, взлетишь? И почему никогда раньше, когда слушала признания в любви, мне не было так хорошо? А Мортифор взял мою ладонь в свою и продолжил:
— Свет, я прошу тебя дать мне шанс. Я не буду ничего требовать и ни на чем настаивать, просто будь рядом.
Сначала мне хотелось сразу ответить. Но нет. Не быть мне драконом, если я вот так, с налету признаюсь в ответной симпатии. Но и ответить нужно грамотно, тактично.
«Интересно, а у оборотней есть блохи?»
«Вот умеешь же ты испоганить романтику!» — прошипело правое полушарие.
«Ну, мне же интересно!» — капризно захныкало левое.
— Свет? — настороженно окликнул меня Мортифор.









