Как же называется тот странный инструмент, похожий на мелкую гитару? Дарган, кажется.
Этерн так терзал несчастный инструмент, что тот издавал дикие звуки, напоминающие вопли кого-то из монстров.
Пришлось просыпаться, чтобы прекратить мучения несчастного струнного.
Однако, открыв глаза, я тут же окунулась в чудовищную реальность. Мне всё это не приснилось.
На улице продолжались пытки крохотного даргана, который пищал и потрескивал, а этерн не прекращал мелодичного нытья.
— Бууудь же ты ко мне добрееееее,
Дееетка сладкая мояяяя
Ииии я тебя согреееееюююю
Пыыылкой страстию любяяяя.
Ла-ла-ла. Ла-ла-ла. Ла-ла-ла-лааааа.
— Заткнись, заткнись, заткнись! — возопила я, с яростью распахивая окно. Где-то рядом раздалось слаженное хихиканье. Я покрутила головой по сторонам и увидела, что завывание Танира разбудило если не всех, то многих, и теперь все мои однокурсницы повысовывали головы из окон и злобно хихикают.
— Любимая! С добрым утром! — воскликнул этернийская козлина, едва завидев меня.
— Танир, какого демона тебе от меня надо? — устало спросила я. — Напоминаю, я — чистокровная антропийка, меня не интересуют внебрачные отношения в принципе.
— Я готов! — радостно закивал этерн, прижимая дарган к груди.
— К чему? — с подозрением уточнила я.
— К серьёзным отношениям. Сегодня же пойдём в храм проводить брачную церемонию.
— О-о-о-о-о! — раздалось умилительно-восхищённое со всех сторон.
— Ванесса, соглашайся! — завопил кто-то.
— Такой жених тебе руку и сердце предлагает!
Где-то недалеко от меня раздалось сдвоенное хихиканье повышенной злорадности. Повернула голову и увидела сестёр Сильяэр, которые, как ни странно, смотрели только на Танира.
Правда прежде, чем я успела решить, что с этими подозрениями делать, этерн изловчился и подпрыгнул на высоту второго этажа, буквально залетев в моё окно.
— Ты чего творишь? — мрачно поинтересовалась я, отступая назад. Ответом стал поцелуй. Треклятый этерн шагнул ко мне, обнял лицо руками и уверенно поцеловал меня, напористо раскрывая мои губы и касаясь языка. Я замерла, ошарашенная произошедшим, а в следующее мгновение уже колотила кулаками по стальной груди. Бесполезно! Видимо, моё сопротивление он принял за предварительные ласки, потому что лишь нежно, но крепко обнял и продолжил увлечённо целовать меня.
Наконец, Танир оставил в покое мои губы и принялся покрывать поцелуями моё лицо, плечи... Так, это грозит перерасти в нечто более серьёзное.
— Ты можешь прекратить целоваться хотя бы на минуту?! — запротестовала я.
— Не могу, — печально выдохнул этерн мне в ухо.
