23
0Зорин выкупил долг и стал его шантажировать…
— Почему ты не сказала об этом мне?
Женщина пожала плечами. Саша вздохнул, встал и отодвинул стул.
— Уходи! — сказал он.
— Я не знала, — оправдывалась бывшая секретарша. — Я даже не предполагала, что он пойдет на такое… Зорин сказал, что ему нужен кусочек метеорита для анализа. Он обещал…
Белов больше не слушал. Он оглядел комнату и увидел, что Любочка уже успела собрать вещи. Два чемодана и сумка стояли запакованными.
— Сейчас приедет такси. Уезжай. — И он вышел из комнаты.
Он спустился в центральный зал и подошел к Витьку.
— Вызови такси, пусть ее отвезут в аэропорт. И еще — дай ей денег, с учетом командировочных.
— Шеф! — возмутился Злобин. — Да я бы ее…
Белов не дал ему договорить.
— Хватит! Все уже позади. Мы это пережили, сделали выводы и забыли. Все!
— Да, — сказал Ватсон, подкручивая усы. — Вот так пригреешь кого-нибудь у себя на груди, а она тебя потом за три копейки… Эх! — Он махнул рукой.
Саша не мог сдержать улыбку.
— Ватсон! Не обобщай. Есть ведь и другие женщины. И я… — Он оглянулся на Шмидта и поправился: — И мы к ним сейчас поедем.
Дмитрий пожал плечами и заложил руки в карманы — видимо, чтобы скрыть смущение.
— Ну да, — сказал он. — В общем-то, любим, что греха таить…
Через полчаса Белов, чистый, гладко выбритый и переодевшийся в свежую одежду, вошел в больничную палату, где лежала Лайза. Под мышкой у него был какой-то сверток.
— Здравствуйте, девочки! Вы уже успели познакомиться?
Ольга поднялась ему навстречу. Она с опаской покосилась на Лайзу, но потом, решившись, бросилась Белову на шею.
— Ты цел? Слава богу!
Шмидт, стоявший за Сашиной спиной, громко кашлянул.
— Если это кого-нибудь интересует… В чем я, между прочим, сильно сомневаюсь… Так вот, я тоже цел и невредим. Лайза! Давай, что ли, тоже начнем целоваться, если эта парочка не обращает на нас никакого внимания?
Ольга отстранилась от Белова и звонко расцеловала Шмидта.
— Дурачок! Как я могу не обращать на тебя внимания?! Ты же такой… Сильный, мужественный, бравый!
— И — дважды кавалер ордена Золотого Руна, прошу заметить! — добавил Шмидт.
Когда Белов остался с Лайзой наедине, он развернул сверток. Палата озарилась бледным голубоватым сиянием.
— Лайза, это — Сэрту! — сказал он.
Девушка тронула камень.
— Сэрту, это — Лайза! — в тон Белову сказала она.
Белов положил руку ей на живот, и вдруг… Нет, конечно, этого просто не могло быть — срок слишком маленький. Наверное, ему это только показалось.
