значит, он привёл меня сюда из-за своей встречи с каким-то кавказским старейшиной..."
"Хоть бы предупредил про такой щекотливый этнический нюанс встречи! А то его фразу насчет «делового ужина» уж слишком расплывчато можно понять.
И вообще я как-то сейчас не очень готова присутствовать на переговорах такого рода. Это же надо понимать обычаи другого народа, чтобы ненароком ничего не нарушить и не оскорбить старейшину. Например, краем ухом я слышала, что женщинам вообще нельзя есть за одним столом с этими особо почитаемыми людьми. И что тогда делать?
Словом, вопросов куча, а ответов кот наплакал. Зря босс притащил меня с собой. Опозорю я его.
— Уже выбрала? — спокойно интересуется Короленко.
Я быстро моргаю и снова фокусируюсь на строчках меню. Выбор блюд тут богатый и красочный — особенно мясных блюд.
— Даже не знаю... - тяну медленно, не желая признаваться, что просто засмотрелась на него и ушла в посторонние мысли. — Я не привыкла ходить по ресторанам и почти ничего в кавказской кухне не понимаю. Ну, если не считать фастфуда из уличных магазинчиков, вроде хачапури или шашлыка. Может, вы что-нибудь сами посоветуете?
— А ты готова довериться мне и моему вкусу? — как-то по-особенному еле заметно сощуривается босс.
— Вам? — также серьёзно переспрашиваю я. — Ну конечно. Ведь вы — это вы. Второй человек в моей жизни, которому я доверяю почти на... - делаю паузу, прикидывая в уме степень своего доверия, -...пятьдесят... нет, шестьдесят процентов. Это очень много, поверьте.
Короленко неожиданно улыбается, сверкнув крепкими белыми зубами.
У меня в груди словно сердце спотыкается от этого зрелища. Никогда не видела чтобы этот мужчина улыбался так искренне. Улыбка преобразила его каменное лицо кардинально. Смягчила жёсткие черты, зажгла в глубине пронзительных тёмных глаз мягкий огонёк необъяснимой теплоты... и сделала его очень, очень привлекательным.
— На целых шестьдесят процентов? — усмехается Короленко. — Я польщён. А тот первый человек... какой у него процент твоего доверия?
— У него безлимит, — я стряхиваю с себя ступор и с трудом заставляю себя отвести взгляд от его обаятельной улыбки.
— Понимаю. Любовь к матери или отцу всегда подразумевает безграничное доверие.
— Нет, это не мои родители, — морщусь я, мысленно ругая себя, что позволила расширить такую личную и щекотливую тему. Нельзя, чтобы босс узнал про деда Семёна, так ведь и про его незаконную деятельность может информация случайно всплыть. — У меня нет родителей, я сама по себе.
— Тогда брат?
— У меня нет брата. Говорю же, сама по себе я.
Короленко уводит взгляд в сторону и подзывает официанта, чтобы сделать заказ. И у меня вдруг появляется странное ощущение, что всё вокруг слегка потемнело.
Только через пару секунд я понимаю, почему.
