Самоход. «Прощай, Родина!»

Наверное, не хотелось пятно позорное на батарею бросать. Фактически он не знал никого из бойцов, но в бою и под бомбежкой они полегли все – честно, как солдаты, выполнившие свой долг. Да черт с ним, с Ильей! НКВД или особисты рано или поздно поймают и шлепнут. С дезертирами разговор суровый, по законам военного времени.

Виктор вернулся к пушке, открыл затвор. Ствол чистить надо, но где банник взять?

Он прошел по позициям батареи – где-то же должны быть передки? Это такие ящики на колесах, к которым цепляли пушку. В передках везли снаряды, там же хранились принадлежности по уходу за пушкой.

Один передок лежал разбитый вдрызг, но у крайнего орудия передок оказался цел.

Виктор взял банник, ветошь, масло и выдраил ствол у пушки до зеркальной чистоты, благо калибр у пушки мал. Он помнил, как чистили банником ствол МТ-12 – всем расчетом работали банником до седьмого пота.

Потом он снял затвор, отчистил его от пороховой копоти и пыли и слегка смазал маслом. Вернув затвор на место, щелкнул спуском. К бою готов.

Он не знал, как пройдет день, но почему-то верил – останется жив. Присел на станину, достал из кобуры револьвер.

В армии приходилось из «калашникова» стрелять, а вот наган он впервые в руках держал. Оружие архаичное, 1905 года выпуска, Тульского Императорского оружейного завода – еще с царским гербом. Во всех каморах – тупорылые патроны. Как оружие ближнего боя – сгодится…

Бой начался неожиданно. На позициях пехотинцев раздался взрыв, потом еще и еще – это немецкая артиллерия вела артподготовку. Немцы перед атакой или обстреливали из пушек, или бомбили. Без подготовки они не шли, берегли пехоту.

Виктор взял в руки бинокль – полевой, восьмикратный, он позволял увидеть вдалеке серые коробки танков и едва видимые фигурки солдат.

Он открыл снарядный ящик и вбросил в ствол пушки бронебойный патрон. Все, тихое утро закончилось.

До танков было еще далеко, стрелять бесполезно, но наиболее нетерпеливые из пехотинцев уже начали постреливать из винтовок. Пустая трата патронов, на дистанции в километр в ростовую мишень попадет только очень меткий стрелок. Но мишень стоит неподвижно, а немцы передвигаются.

С дистанции в пятьсот метров танки открыли огонь из пушек. Первые два снаряда взорвались на позициях пехоты, а следующие два – у покинутого вчера капонира, и Виктор с удовлетворением отметил, что они не зря старались, перетаскивая пушку и копая землю.

Засекли вчера немцы его позицию и сегодня накрыть решили. Только нет там уже пушки.

Стал слышен рев моторов, потом донесся лязг гусениц, и Виктор приник к прицелу – по сетке оптики можно определить дальность. Не так точно, как дальномером, но вполне приемлемо.

Пехотинцы открыли огонь из пулеметов и винтовок. Триста метров – дальность поражения эффективная.