— Повернись правее, — просит он, и я делаю шаг в сторону. — Вы у Динара сейчас?
— Да, заехали к нему. Они с Пашей встречаются, а мы вышли погулять на улицу, и я решила тебя набрать, поздравить с беременностью Нади.
— Спасибо. И я рад за вас, Наташа. Лезть в твои отношения с Асадовым права не имею, но ты молодец, что решилась рассказать ему про сына. У ребёнка должен быть отец.
Не знаю, что ему говорил Динар, и уточнять не хочу. Вдруг Макс не в курсе, что его сделка с Парфёновым удачно закончилась лишь благодаря тому, что Динар взял обязательства по её исполнению на себя. И по мне, лучше бы эти разговоры и правда остались между мной и Асадовым.
— Динар без ума от Тимура, — с нежностью говорю я. — И сын к нему тоже тянется. Мне очень приятно и радостно за подобным наблюдать. Всё же вы хорошие с ним отцы. Папа бы вами гордился.
— Ну и отлично. Как ты себя чувствуешь? Вы когда домой?
— Со мной всё хорошо. Домой полетим на следующей неделе. Какой срок у Нади?
Лида подходит к Максу и обнимает отца, машет мне рукой, пока я украдкой наблюдаю за Тимуром, который бегает по лужайке. Падает на ладошки, кряхтит, но тут же поднимается и снова наворачивает круги.
— Ты бы что-нибудь попроще спросила. Я в этом не разбираюсь. Хочешь, сама её набери. Но живота ещё нет. Значит, всё впереди. Честно, не знаю, — пожимает он плечами.
— Хорошо, наберу её вечером, — смеюсь я.
— Если хотите, то вместе с Динаром прилетайте. Мы будем рады. Надю скоро на ноги поставят. Места в доме много. Всем хватит.
Мне приятно слышать бодрый и весёлый голос брата и что он зовет нас с Асадовым к себе в гости. Это означает, что все недоразумения между ним и Динаром в прошлом.
— О, няня пришла, — восторженно восклицает Макс. — Наконец-то! Ладно, Наташка. Созвонимся позднее. Мне по делам нужно, я уже и так сильно опаздываю на встречу. Пока.
Брат машет рукой и отключается.
Через полчаса Паша и Динар появляются во дворе. Мы как раз собираемся заходить в дом. Тимур попросил пить, устав от беготни по лужайке.
— Ну что, пока, месье Колбасье? — Измайлов присаживается на корточки и протягивает Тимуру руку, но тот опять хмурится. — Ну улыбнись же дяде Паше, — просит он, но сын прячется за меня, а Динар расплывется в улыбке вместо него.
— Хуже был, Паша, — смеётся Динар, похлопав его по плечу. — И мальчикам тоже не улыбался. Только девочкам.
— Ожидаемо. — Измайлов проводит рукой по волосам. — Я на девчонку точно не похож. Ладно. Позвоню тебе, как решу общую проблему. Пока, Наташ.
Мужчины пожимают на прощание руки, и Паша идёт к машине.
