Ну и, в-третьих, нога у него не так чтобы зажила на сто процентов. Подломится в самый неподходящий момент, подставляя владельца под пулю, и что я буду делать?

Эгоизм с моей стороны, да.

Пусть терпит и привыкает.

Мефру Леонтина не подвела. Как я и подозревала, дама обладала не просто цепкой памятью и бульдожьей хваткой. Она вела записи и, похоже, периодически еще и подслушивала, так что участники клуба все были обезврежены в кратчайшие сроки. Кому-то хватило предупреждения и домашнего ареста на пару месяцев, пока велось разбирательство, зачинщикам же светила ссылка на рудники. Хорошо, что не казнь - ее в мирное время не использовали, но Адальберт вполне заработал высшую меру.

Не полагаясь на слуг или соучастников, он пытался похитить Вихарта лично, всего с одним помощником. К счастью, это все же был не Кзавер, иначе доктор Торстен, по его собственному признанию, не смог бы смотреть нам с Вихартом в глаза. Какой-то сын зажиточного торговца, с которым Адальберт вместе вырос и поэтому доверял больше остальных. Они собирались переправить Юджина в Унтервальд, замести следы похищения взрывом, а после списать похищение на кого-нибудь из членов клуба, дабы обелить себя и спокойно принять назначение управляющим долины. Каким образом соседнее государство собиралось присваивать территорию, я не представляла, так что Вихарту пришлось делать для меня экскурс в местное правовое болото. Оказывается, для того, чтобы долина вышла из состава Союза, достаточно, чтобы большинство граждан проголосовало за это решение.

Учитывая влиятельность всех членов клуба, хоть посулами, хоть угрозами у них были все шансы собрать нужное количество голосов.

Мефру Хоффель ссылки избежала. И потому что все-таки женщина, пусть и стерва, и потому что особо ничего напакостить не успела. Вынюхивала, сливала информацию, а в долгосрочной перспективе собиралась заявиться в Унтервальд вслед за Вихартом. Эдакая «жена декабриста», пожертвовавшая своим будущим, лишь бы быть с любимым. По ее мнению, Юджин должен был проникнуться ее мужеством и немедленно жениться. Не оставлять же мефру одну в чужой стране!

Адвокаты все быстро списали на безумную влюблённость, заставившую несчастную девушку совершать неадекватные поступки. В сумасшедший дом ее, впрочем, тоже не упекли. Семья Хоффель дружно отправилась в самую дальнюю долину, поправлять пошатнувшееся здоровье на озерах.

Меня почти не допрашивали. Выслушав раз мою историю с переодеванием, Дельхарт похмыкал, с трудом сдерживая хохот, а после забросал Юджина вопросами, когда же поступит в массовое производство чудо-диктофон. К счастью, завербовать меня в разведку никто не пытался.