Устав слушать бесконечное нытье со стороны благородных девиц, я проскочила мимо них на второй этаж и отправилась на поиски своей комнаты.
Надеюсь, мне хотя бы с соседкой повезет и ею не станет какая-нибудь Оберта Танзи или Клотильда Корета. Яда в этих девушек столько, что хватит на то, чтобы перетравить целую академию.
Первые две комнаты результата не принесли. В белоснежных конвертах не было моего имени, а хозяйки уже заняли законные места.
Третья по счету дверь оказалась уже открыта, и посреди нее стояла Келсая Келли, держа в руках конверт.
— Поздравляю, мы теперь соседки, — произнесла она, повернув голову в мою сторону.
Я же подобного энтузиазма не разделяла. Конечно, Келсая Келли не самый худший вариант на фоне той же Оберты или Клотильды. Но слишком уж она шумная и инициативная. А я на этом отборе планировала лишний раз не отсвечивать, что вряд ли получится рядом с такой соседкой.
— Эй, кто-нибудь знает, а соседями можно меняться? — раздался громкий голос из комнаты справа, — А то мне эта не очень нравится.
— Можешь попробовать, — ответили ей флегматичным тоном из комнаты слева, — Но за этим тоже могут последовать наказания.
Слух не был моей сильной стороной, но, кажется, здравомыслие проснулось во внучке королевского советника, которая, пожалуй, впервые за сегодняшний день произнесла хоть слово.
— Предлагаю объявить общий сбор в гостиной, — предложила моя новоиспеченная соседка, — Поделимся впечатлениями и определимся с планом действий, пока сюда не явился никто из распорядителей.
Говорю же, в ней слишком много энтузиазма.
Собрать всех оказалось задачей непростой, но Келсая Келли справилась с ней блестяще. Я даже по-другому посмотрела на грациозную блондинку с репутацией светской львицы. Определенно, наследница ювелирного дела имеет настоящий лидерский характер.
Так, переругиваясь и перекрикиваясь, благородные дамы все же стеклись обратно в гостиную, рассаживаясь на диванчиках и готовясь внимать.
— Итак, что мы имеем, — начала наследница ювелирного дела, прогуливаясь вдоль конкурсанток, словно смотритель на отборе, — Нас всех заманили на отбор старшего принца под видом учебы, — принялась загибать пальцы моя новая соседка, — Всем нам от двадцати до двадцати пяти лет. И каждая из нас относится не просто к аристократии, а к семьям, имеющим большое влияние на королевство.
— Пока что ты перечисляешь совершенно очевидные всем вещи, — закатила глаза леди Эбигейл Реган, чья семья являлась монополистом в новостной индустрии.
Семья Реган буквально владела всеми изданиями в королевстве и влияла на новостную повестку. И веяния в обществе во многом зависели от того, что именно лорд Реган решит осветить и каким образом преподнесет информацию.
