Дело в том, что пехота в этот день воевала без поддержки артиллерии. Подтянуть ее, подвезти снаряды не было никакой возможности: дороги и мосты были разрушены. Гитлеровцы поняли это. Если поначалу отступали поспешно, то потом сопротивление их стало возрастать. Наши подразделения несли ощутимые потери, особенно от огня орудий и минометов.

В этих условиях перед снайперами была поставлена задача уничтожать расчеты, корректировщиков огня. Выявлять местонахождение артиллеристов особого труда не составляло: они выкатывали пушки главным образом на прямую наводку и громогласно заявляли о себе.

Сложнее было с минометчиками и коррректировщиками. Первые прятались за стенами домов, густыми посадками сосняка, вторые использовали в основном чердаки островерхих коттеджей. Но их все равно находили, выкуривали. С артиллеристами расправлялись из-за укрытий. Стали «подбирать ключи» и к минометчикам. Искали здания, что повыше, забирались на крыши и оттуда били.

Надя Чуринова и Рита Кулдзиня вместе со стрелками продвигались вдоль главной улицы Булдури. Внезапный минометный огонь прижал их к земле.

Откуда били — понять было трудно: осколки не давали поднять головы. На другой стороне улицы был большой дом. Рита показала на него.

— Давай туда, — предложила она. — Проберемся на чердак и через слуховое окно найдем их. Я перебегаю первой, а ты прикрой меня. Потом я тебя. — Чуринова кивнула в знак согласия.

Выждав, пока прогремели взрывы очередного залпа, Рита быстро вскочила и, пригнув голову, побежала на другую сторону улицы. Два или три метра оставалось ей, чтобы скрыться в подъезде большого дома. Но не успела…

Всякое случалось на войне, порой и такое, что трудно и представить.

Невероятное, жуткое случилось и в этот раз. Мина попала прямо в Риту. Не рядом, не около, а прямо в чуть пригнутую голову.

Надя, наблюдавшая за подругой, вдруг увидела, как над Ритой сверкнула вспышка. И будто большой бутон алой розы распустился. Какое-то мгновение Рита стояла, даже сделала шаг вперед, потом рухнула на землю. Надя в ужасе закрыла лицо руками…

Вот такой, в виде огромного алого бутона посреди улицы, осталась навсегда в ее памяти верная подруга, славная Риточка, которая всей душой любила родную Латвию.

За нее она отдала самое дорогое — жизнь.

…К вечеру 16 октября полк подошел к Дубулти. И сразу напоролся на мощный, хорошо организованный пулеметно-пушечный огонь. Пришлось залечь. Бойцы начали зарываться в землю. То тут, то там спорадически вспыхивали ожесточенные перестрелки. Вывод следовал один: без должной подготовки двигаться вперед не резон. Нужна поддержка артиллеристов. А они отстали.

В сумерки на переднюю линию 4-го полка прибыл командир дивизии.