Железнова вынула из пакета стодолларовую бумажку и спросила:

– Можешь отксерить?

– Конечно, – хмыкнул Рома, – только сразу хочу предупредить, если надумала таким способом из одной сотни две сделать, то совершенно зря, таких хитреньких знаешь сколько было, когда первые цветные ксероксы появились! И российские деньги шлепали, и доллары, и фунты… Такую фальшивку мигом вычисляют.

– Рома, – напряженным голосом поинтересовалась Поля, – хочешь десять тысяч долларов?

– Отксеренных, что ли? – заржал парень. – На фига они мне.

– Нет, – тихо продолжала Железнова, – настоящих.

Она сунула Саблину под нос пакет. Рома, продолжая ухмыляться, глянул внутрь и онемел. Такой прорвы денег он до сих пор не видел даже в российских рублях, не то что в баксах.

– Они настоящие? – глупо спросил Саблин.

Поля кивнула.

– Откуда? – изумился Рома. – Где взяла?

– Нашла, – ответила Поля.

– Нашла?!

Внезапно Железнова разрыдалась. Саблин растерялся, Полину он знал как спокойную, выдержанную девушку, не склонную к истерическим припадкам. И вдруг слезы? К тому же Рома всегда теряется, если девчонки начинают хныкать на его глазах. Как утешить, не знает, и чувствует себя по большей части дураком.

– Ну, ну, – забормотал он, – ладно, чего стонешь, успокойся.

Но Полю как прорвало:

– Господи, Ромка, как мне тяжело! Все силы из меня он вытянул, высосал, как грейпфрут, а шкурки бросил. Не могу больше!

– Кто? – удивился Рома.

– Муж мой, – пояснила Поля.

– Ты замужем? – воскликнул Саблин. – Вот новость! Когда расписались? Почему нам не сказала, что за таинственность? Зажулила свадьбу!

– Я, Ромочка, уже почти шесть лет замужем, – ответила Поля.

Она перестала рыдать так же внезапно, как и начала, и теперь сидела, тупо уставившись в угол, забыв вытереть платком глаза.

– Сколько? – ахнул Саблин. – Да ты че? Врешь!

Полина порылась в сумочке.

– На.

Рома открыл серую книжечку «Свидетельство о браке».

– Ну и ну!

– Ромочка, – зашептала Поля, – умоляю тебя, отксерь мне эти деньги. Только так я смогу от своего мучителя отделаться. Отдам ему фальшивки и убегу с настоящими, к маме в Америку уеду, ну, пожалуйста, помоги! Иначе никак из этой истории мне не выпутаться, миленький!

– Но фальшивку он сразу распознает!

– Я настоящие покажу, он их уберет, а я потом поменяю. Мне времени надо один день, ну, Рома! Сам понимаешь, больше никого о таком попросить не могу.

Выглядела она совершенно безумной. Губы трясутся, глаза бегают, пальцы дрожат…

– Ну, миленький, – бубнила она, – десять тысяч дам. Вот, бери же, бери!

– Ладно, – принял решение Роман, – хорошо! Только время надо, придется точку закрывать. А то все лезут, слыхала, Люська рвалась, зараза любопытная.

– Я пойду на занятия, – вздохнула Поля, – а ты уж постарайся.