Лучше поскорее смыться, пока не проснулся предполагаемый спутник моего ночного приключения. Сделав все дела, насколько возможно расправляю волосы и выхожу на поиски сумочки и телефона. Добравшись до выключателя в прихожей, рыскаю глазами свои вещи, но кроме аккуратно стоящих мужских чёрных туфель и моих небрежно валявшихся сапог на полу, ничего нет. И тумбы с зеркалом здесь тоже нет. На стене прибита вешалка, но на ней только чёрное мужское пальто. Кхм, а где тогда мой пуховик?

В этот момент в голове резко запиликали бессвязные между собой флешбеки. Первое — как я забираюсь на барную стойку, но меня тащат назад, отчего я ещё активнее начинаю взбираться, а второе-это как меня несут на руках, но лицо, того, кто это делал я не вижу, а вот запах — приторно сладкий с нотками цитруса словно под кожу въелся. Кажется, я и сейчас его чувствую.

Дура ты, Чернова, нашла блин приключения на свою задницу! А во всем Полька виновата. Выпьем да выпьем. Вот и выпили…Осталось теперь найти телефон, чтобы выяснить, куда Барсукову занесло.

Приоткрыв аккуратно дверь спальни, оставляю небольшую полоску света, чтобы хоть как-то ориентироваться в пространстве и в позе согнутого страуса начинаю искать вещи. К своему стыду первое, что вижу — это полупрозрачный, чёрный лифчик, который мой. Стукнув мысленно себя по лбу, беру белье в руки и продолжаю вести «поиски сокровищ».

Хорошо хоть платье и трусы на месте — проносится в голове, но от этого почему-то легче не становится.

—Блин, да где этот чёртов телефон! — Злобно ворчу.

—На подоконнике лежит, — разносится по пустой комнате слегка охрипший мужской голос, отчего я так и застываю в полусогнутом состоянии. — У тебя батарея села, я на зарядку поставил.

Выпрямившись, поправляю задравшееся платье и медленно поворачиваюсь на голос. Сбежать по-тихому уже увы не получится, хоть посмотрю с кем я ночь провела. Надеюсь, это не тот рыжий ушастик-клавишник, иначе мне нужно будет кодироваться. Посмотрев на свернувшегося в одеяло словно шаурма парня, делаю шаг вперёд и теперь застываю с ужасом на лице.

В эту минуту, я кажется испытала все эмоции разом, начиная от негодования и заканчивая внутренней истерикой. Я была готова ко всему, даже к тому пареньку музыканту, но точно не к Бейцу.

—Господи — приложив ладонь к груди, чувствую, как начинаю краснеть и бледнеть одновременно. — Как я…. как мы. Почему я здесь?

—Это я тебя принёс — всё с той же интонацией усталого кота отвечает мой шеф, и перевернувшись, запрокидывает руки за голову, а я кажется прибываю на грани обморока. Таращусь на него во все глаза, чувствуя, как тело бросает в жар от стыда и страха. Нет ничего ужаснее, чем не помнить происходящее. Невозможно нормально проанализировать ситуацию и нет понимания, как себя вести.