— А для чего? — Светлана посмотрела на капитана внимательным взглядом.
— Я изначально отбирал его в наш учебный центр. Но, по вине случайных обстоятельств, он туда не попал. И вот теперь, на фоне всех событий, после всех событий с его участием, я намерен написать подробный рапорт своему начальству о том, что хорошо бы перетащить такого бойца к нам. Мне кажется, это идеальный кандидат. Причем не на рядовую должность, а как минимум на командира отделения. Ну, не сразу, конечно же. Как думаете, справится?
Та усмехнулась."
"— Это не совсем мой профиль, но если интересно мое мнение, то да. Точно справится. И не отделением а, возможно, даже и взводом. Правда, не уверена, что тебе дадут это сделать на фоне всего этого расследования.
— Расследование не будет длиться вечно. Громов лишь песчинка в нем, основной уклон на то, что под нашим носом был и есть гадюшник с духами. Ну и, я ведь не просто так привлекаю Громова к планируемой операции. Возьму его с собой, пусть как очевидец покажет, где они были, что видели. По окончании операции, вскроются многие щекотливые моменты. Тогда ефрейтора можно будет и к награде представить.
— Кстати, о наградах. У меня сложилось смутное впечатление, что они ему совершенно безразличны. Обычно, такое рвение на службе говорит о том, что человек карьерист, который пытается использовать любую ситуацию в свою пользу. В его случае наоборот. Я не плохо понимаю, какая у него мотивация?! Будто бы просто плывет по течению, мол, что будет, то будет. Но при этом, мне кажется, что он и добивается того, чтобы его заметили. Такой вот круговорот.
— Хм, ясно. Спасибо Светлана Владимировна.
Игнатьев несколько раз задумчиво кивнул, подобрал свой планшет с документами, попрощался и вышел из помещения… У него оставалось десять часов до того, как в Мазари-Шариф прилетит майор Кикоть…
* * *Остаток ночи прошел спокойно.
Улегшись на стулья и бросив на них свой китель, несмотря на неудобство, я спал как убитый. Правда, уже утром выяснилось, что Кириллов спал крайне беспокойно и всю ночь хватался за ножку стула. Наверное, представлял, что это автомат. У многих, кто участвовал в боевых действиях и видел ужасы войны, по возвращении домой, первое время случались психологические аномалии. Кто-то лечил это алкоголем, у кого-то быстро проходило. А кто-то жил с этим до конца своих дней.
Тот факт, что нам пришлось спать в помещении, совершенно не оборудованном спальными местами, конечно, раздражал. После всего, что нам удалось пережить?! Нехорошо, как-то… Но все молчали, а я слишком устал, чтобы раскручивать эту тему и прочищать кому-то мозги.
Едва на часах стукнуло семь утра, как щелкнул дверной замок.
Внутрь вошел какой-то незнакомый капитан. Осмотрел наши сонные лица.
