И уже потом, когда прибежал ошарашенный начальник автослужбы, тот только глазами хлопал и мычал что-то нечленораздельное. Дежурный по части весь телефон оборвал, пока смог понять, что произошло.

Начальник КТП, узнав о том, что произошло, за голову схватился — это ж надо было такое допустить. Ну, подумаешь, чуть было военный КамАЗ не сожгли! Это ж из ряда вон, учитывая, что все это происходило прямо в автопарке, рядом с боксом, а не где-то в полях.

Тот начал кричать, что нужно было просто выхлопную трубу закрыть тряпкой, чтоб двигатель от выхлопных газов задохнулся. А когда я спросил его, как тряпкой перекрыть трубу такого диаметра, да еще и под давлением раскаленных выхлопных газов, с искрами и пламенем… Тот только выругался и ушел. Судя по запаху, уже успел где-то принять на грудь.

В общем, уже после, под руководством начальника КТП этого железного зверя распотрошили, то выяснили, что неисправность была в ТНВД. А про дальнейшую судьбу этого грузовика я не слышал… Видел только, что его на буксире тянули куда-то на север.

А вечером, после ужина, мне выразили благодарность.

— Громов, тебе не надоело встревать во всякие истории? — хмыкнул лейтенант Лавров, когда закончилась вечерняя поверка.

— Я не виноват, товарищ лейтенант!

Вся рота засмеялась.

Вдруг, входная дверь скрипнула.

— Смирно! — заорал дневальный. Дежурный бегом бросился ко входу.

В самом конце центрального прохода скрипнула дверь. Показался командир роты, торопливо зашагал к нам.

Оказалось, в подразделение вошел подполковник Каменев.

— Товарищ подполковник, первая рота занимается согласно распорядку дня. Лиц незаконно отсутствующих нет! — доложил ротный.

— Вольно, Воронин! Хорошая у тебя рота, капитан… — спокойно произнес он, осматривая переднюю шеренгу. Стало видно, что у офицера в руке что-то есть…

— Становись, равняйсь! Смирно! Товарищи солдаты, сержанты! И офицеры! — громко объявил Каменев, глядя на бойцов суровым взглядом. — Слушай мой приказ! За проявленное мужество, доблесть и героизм, приказываю присвоить рядовому Громову Максиму Сергеевичу, очередное воинское звание ефрейтор!

Глава 4

В преддверии больших перемен

Вот так я и стал ефрейтором.

Конечно, армейская поговорка, которую какой-то обиженный дурак придумал, имеет место быть, вот только мне было все равно. И в нашей воинской части никто так не говорил.

Наоборот, большинство моих сослуживцев восприняли эту новость с восторгом, а те, кто был со мной в той патрульной группе, отнеслись с пониманием. Шутка ли, через четыре месяца после начала срочной службы получить государственную награду. Еще и благодарственное письмо, звание. Обычно ефрейтора можно было получить никак не раньше восьми месяцев службы и то, только в том случае, если очень круто отличиться.