17
0«А может, я в Австралии?»
Думать было лениво. По крайней мере – без бутылки пива. А лучше – двух.
Последним воспоминанием Сереги была поездка в Москву. С друганами Вовкой и Димкой. Димка вез в столицу какую-то текстильную лабуду на продажу, а Серегу с Димкой взял вроде бы за компанию. Ну и для охраны тоже. Может, это Вовка? Вовка – еще тот приколист. Вполне мог напоить и сунуть в самолет на Австралию или какую-нибудь Бразилию. А там договориться с аборигенами, промаксать, чтобы сволокли в лесок и запечатлели, как Духарев очухивается среди австралийских лесов!
– Эй! – гаркнул Серега.
Единственный результат – возмущенная сорока, сорвавшаяся с соседнего дерева.
Интересно, есть ли в Австралии дубы? И сороки…
– Я пить хочу! – громко заявил Духарев, подумал немного и добавил: – И выпить.
На этот раз его даже сорока не поддержала.
Духарев сплюнул на травку, облегчил душу простым русским словом и побрел куда глаза глядят.
К счастью, глядели они в нужную сторону, и спустя некоторое время он набрел на озерцо в четверть километра шириной. Вода в озерце выглядела чистой. Такой и оказалась. Серега напился (плюнув на дизентерийные и прочие палочки), умылся, слегка ожил, побрел дальше и вскоре наткнулся на густющий малинник.
– Здорово! – крикнул, подходя, Духарев. – Слышь, где это я, а?
Мужик выпрямился… и оказался вовсе не мужиком, а бурым мохнатым мишкой со слюнявой клыкастой мордой.
Серега в прямом смысле этого слова остолбенел. То есть он понимал, что надо валить. И очень быстро, но… Не мог.
Зато мог мишка. Ух он и дернул – только ошметки кустов в стороны разлетелись!
Духарев перевел дух.
– Во! – сказал он больше для самоуспокоения. – Человек – это сила!
И принялся за малину. Не пропадать же добру.
От ягод в желудке не потяжелело, но дурной вкус во рту сменился приятным. Духарев покинул малинник и почапал дальше. Направление выбрал – чтобы солнце в затылок светило. Настроение улучшилось: тепло, воздух чистый, деревья большие… Знать бы еще, где и куда идешь.
Часика через полтора Духарев вышел на дорогу.
Вдоль дороги тянулись две закаменевшие колеи. Слишком узкие для автомобильного колеса, но Серега, обрадованный близостью цивилизации, не придал сей узости значения.
– Я пока что молодой бог! И наверно, у меня опыта нет! – громко запел Духарев, безжалостно перевирая и слова, и мелодию. – Ты, девочка моя!..
Они появились внезапно. Словно из-под земли выскочили.
Человек шесть. Все низкорослые, в коже с ног до головы, бородатые и с палками-рогульками. На рожах – черным и красным – широкие полосы и зигзаги. Приколисты, одним словом.
Духарев остановился.
