Карта, за которой я пришел, и… мобильный телефон.
Я был намерен проигнорировать все, кроме того, что я искал, но я все равно теряю фокус, сосредоточившись на темном экране, расположенном в задней части сейфа.
Есть вполне разумное, невинное объяснение тому, почему мой отец — уважаемый застройщик здесь, в Сайпресс Пойнт и за его пределами — имеет это в своем распоряжении. Однако, чтобы поверить в это, мне пришлось бы притвориться, что я не знаю человека под маской.
Он хладнокровный, манипулятор, дерьмовый отец и трижды долбоёб.
Искушение было слишком велико. Телефон попал в мои руки прежде, чем я смог отговорить себя от этого. Быстро оглянувшись через плечо, я включил его. Понадобится пятнадцать или двадцать секунд, чтобы эта штука заработала как часы. Когда он наконец-то ожил, мне предложили ввести код доступа. Это могло быть что угодно, но мне не нужно было пробовать больше одного раза. Это были те же 6 цифр, что и от сейфа, тот же пароль, который он выбрал для лифта, который открывает доступ в их пентхаус и наш.
День рождения моей мамы.
Плохая привычка, без сомнения.
Не так много значков приложений, что означает, что он редко использует его. Я начал прокручивать то, что казалось фиктивным почтовым аккаунтом, созданным для подключения к телефону. Ничего не отправлено, ничего не получено. Я двинулся дальше. Следующее логическое место для шпионажа — текстовые сообщения и журнал звонков. Все, что могло быть там в какой-то момент, теперь исчезло. И вот я открыл галерею, и тут же попал в полное замешательство.
В другой реальности я был бы шокирован, найдя фотки полуобнаженной цыпочки в телефоне моего отца, но я и не думал, что он безупречен. Женщины — его слабость. Это даже не секрет. Но что-то выбило из меня дух, когда я приблизил фотку и увидел ее лицо.
Потому что я знал эту девушку. Ну, официально мы не виделись, но… Я не забыл ее лицо.
Я впервые увидел ее, когда она стояла в обрамлении пламени у костра, чуть больше месяца назад. Она стояла там, с наивными глазами, невинная. Черт, ни за что бы не узнал ее, увидев то, что вижу сейчас я.
Она позировала на белой простыне, полные губы улыбались в камеру для селфи, сиськи обнажены и направлены вверх. У костра, я помню, мне было интересно, как она выглядела бы голой, растянувшись в моей кровати вот так. На самом деле, если бы Паркер не отвлекла меня своим обещанием лучшего минета из всех, что у меня были, я бы сам узнал.
P.S. Паркер солгала. Она сосала чертовски слабо, но я отвлекся.
Девушка на этой фотографии не могла быть старше моих братьев и меня — ей примерно восемнадцать лет, может даже меньше. Другими словами, она была слишком молода для моего отца.
Мои глаза опустились ниже, вниз по гладкой, загорелой коже, до самого пупка.
