Вам должна быть хорошо известна мощь палубной артиллерии линейного корабля «Громобой». В данный момент я демонстрирую ее во всей красе, вы можете наблюдать за этим в прямом эфире, как разрушаются один за другим отсеки с вашего левого борта. Через некоторое время «Орискани» превратиться в огненный шар, но это слишком утомительное и долгое занятие. Это меня не устраивает… Поэтому я хочу вам предложить закончить это избиение младенца… Как вы на это смотрите?

— Вы, куда-то торопитесь, господин адмирал? — непринужденно пошутил Теодор Торрес, появляясь на экране перед Самсоновым, заранее облаченный в боевой скафандр. — Я и мои ребята прекрасно проводим время за наблюдением, как ваши канониры тужатся в жалких попытках расщепить «Орискани» на атомы… Я если честно, уже устал этого ждать. Так что лично меня в таком раскладе все устраивает, но если вы хотите побыстрей закончить, не буду вам в этом мешать и отговаривать. Делайте, что считаете нужным, но вашем месте я бы посоветовал убраться подальше от моего флагмана, пока не стало поздно…

— Перестаньте делать хорошую минуту при плохой игре, Торрес, — тут же ответил на издевку американца наш командующий, который явно за словом в карман не лез и мог любого переговорить, если это надо было для дела. — Вы же прекрасно знаете, что я никуда не улечу без вас или вернее без вашего корабля. У меня руки чешутся взять вас живым или мертвым, адмирал, а ваш прославленный авианосец — уничтожить, либо затрофеить. В русском императорском флоте, к сожалению, авианосцев, подобных вашему не так уж и много, поэтому уверен, что «Орискани» станет украшением наших ВКС, конечно, как вы понимаете, под совершенно другим названием…

— У вас грандиозные планы, господин командующий, только вот все они практически не реализуемые, — рассмеялся словам Самсонова, Теодор Торрес.

— Ну, подождите немного, не торопитесь с выводами, ведь я еще даже не начал из осуществлять, — в свою очередь, ухмыляясь, ответил на это Иван Федорович. — Не позже чем через пять стандартных минут мы взойдем на палубы «Орискани» и начнем вас методично уничтожать…

— Я заметил, что «раски» очень любят бахвалиться, помимо того, что отличаются особой жестокостью по отношению к своим противникам, — произнес Теодор Торрес, брезгливо отворачиваясь от экрана. — Это что, национальная особенность колонистов Российской Империи? Тогда мне вас жаль…

— Пожалейте лучше себя, адмирал, — еще больше нахмурился Самсонов, делая знак своем адъютанту, чтобы тот принес ему боевой скафандр. — Вместо того, чтобы распространять небылицы о других, и почаще смотритесь в зеркало…

— О, я не хотел вас обидеть, сэр, — усмехнулся Торрес, видя, как изменился в лице русский адмирал.