Командный отсек авианосца оказался очень просторным, как и на всех американских авианосцах подобного класса, и от этого хорошо простреливался. Теодор Торрес расставил своих людей на точки, с которых те легко могли контролировать все пространство мостика.

Как только наша первая абордажная группа показалась в проеме открытых дверей, она тут же была скошена кинжальным заградительным огнем обороняющихся. Сорок плазменных винтовок, одновременно палящих со всех сторон, превращали русских пехотинцев за несколько секунд в гору трупов, а их бронескафандры в груду искореженного металла. Теодор Торрес находился на первом крае позиций личным примером и всем своим видом демонстируя свое презрение к смерти…

Американский адмирал видел и понимал, что большинство из пятисот членов его экипажа погибли под пулями и гранатами этих закованных в броню жестоких «раски». Корабли, на которые рассчитывал Торрес, и которые уже как десять минут назад должны были подойти к «Орискани» и защитить авианосец, по какой-то причине этого не сделали. Из чего следовал вывод, что русские общей таранной атакой связали все соседние с авианосцем американские корабли.

Торрес в тот момент осознал, что полностью проиграл этому усатому русскому адмиралу и все что сейчас хотел американец, так это лично встретиться с Самсоновым и перед смертью посмотреть ему в глаза…

— Айван! — закричал он в рацию, настроенную на общий канал. — Айван Самсонов, слышишь ли ты меня⁈

— Что ты хочешь, Торрес? — Иван Федорович в окружении своих штурмовиков с «Громобоя» стоял справой стороны от проема дверей на мостик. — Хочешь сдаться? Я же сказал, никто не выживет на авианосце после твоего отказа капитулировать. Все, время договоров с вами, тварями, закончилось! Теперь мы вас будем убивать везде, где встретим!

Самсонов не пускал пыль в глаза, он действительно решил перейти в войне с американцами на более жесткий уровень. Слишком уж вольготно чувствовали «янки» себя в национальных провинциях Империи, на которую они напали, видимо, считая, что русский сектор контроля Галактики ничем не отличается от остальных таких же секторов. Однако Коннор Дэвис и Сенат ошиблись, и теперь наш командующий решил, что пора показать захватчикам, с кем они связались.

Похожая стратегия помогла Самсонову в прошлую кампанию против криптотурок. Тогда в битвах с эскадрами султана Селима Иван Федорович показал себя не только дерзким флотоводцем, но и крайне жестоким командиром, который нередко лично участвовал в абордажах османских кораблей и захвате космических крепостей.