Дрейк спокойно дождался пока две из трех наших групп не войдут в «Бессарабию» и только потом атаковал меня и коммандера Байо…

— Чувствую, задумка спрятаться в облаке обломков исходит от этого ушлого русского адмирала Василькова, — произнес Нейтен Джонс.

— Это точно не Васильков, — улыбнулся Кенни.

— Почему ты в этом уверен?

— Поймете чуть позже, — ответил загадкой Джейкоб, продолжая свой рассказ. — Вымпелы дивизии «Тандерберд»: «Орегон» и «Новый Орлеан» практически сразу получили серьезные повреждения двигателей и бортовых защитных полей. Одновременно с этим мой эсминец «Реншоу» взорвался как петарда, а после его судьбу повторил второй мой эсминец «Аббат». Все это случилось в первые минуты нападения. Главными обидчиками наших кораблей в эскадре Дрейка стали линкоры «Саут Дакота» и «Абдул Кадир». Именно их артиллерия нанесла нам самый существенный урон…

— Неужели коммандер Байо просто сидел сложа руки и ничего не предпринял для противодействия Дрейку? — недоуменно воскликнул Джонс.

— Кирк Байо, нужно отдать ему должное, сделал все и даже больше чем мог, чтобы исправить то критическое положение, в котором мы оказались, — покачал головой контр-адмирал Кенни. — Именно благодаря смелости и хладнокровию этого коммандера я сейчас разговариваю с вами, сэр…

— Он со своими пятью дредноутами пошел на таран! — ответил Джейк Кенни. — Тем самым быстро сократил дистанцию и вывел свои корабли из-под огня, сблизившись с противником.

— Я не понял, так моя третья группа вторжения входила в «Бессарабию» когда уже бой вовсю кипел? — уточнил Джонс-старший.

— Да, — кивнул Кенни, — и ее появление второй раз спасло мне жизнь. Ибо мои вымпелы в это время были атакованы большими десантными кораблями 11-го Корпуса «Морской» космопехоты, ринувшимися на сближение и собирающимися применить абордаж. Этому как раз — таки помешала наша третья группа, вышедшая из перехода и атаковавшая БДК…

— Черт знает, что там происходило! — схватился за голову Нейтен Джонс. — Предатели, «дикси», мятежники, БДК атакуют боевые корабли! Что за ерунда!

— Это был ад, сэр, — поддержал командующего, Джейк Кенни. — Это был настоящий кошмар, где все смешалось. И артдуэли, и абордажи и таранные удары. У Дрейка пятнадцать вымпелов, плюс столько же десантных кораблей, полных «морской» космопехоты. Как мы выжили, я до сих пор не понимаю.

— Вот у меня такой же вопрос, — перебил его, Нейтен Джонс. — Как по итогу вам удалось взять верх над превосходящими силами противника? Атака кораблей коммандера Байо изменила ход сражения?

— Нет, дредноуты дивизии «Тандерберд» лишь временно исправили ситуацию, — отрицательно покачал головой контр-адмирал Кенни.