При этом его заклинания работали кое-как, совершенно не вредя Грайану, тот уже уничтожил несколько щитов, а где-то за его спиной причитала мама, требуя, чтобы мы не смели нападать на ее сыночка. Справедливости ради, остановить его она тоже пыталась, но он не слушал.

Очередной щит распался. Темный росчерк с красными искрами полоснул Армана по руке, оставив там чернеющую рану с запекшимися краями. Арман стиснул зубы, сдерживая стон.

Отчаяние душило, темнотой расплывалось перед глазами. Я всхлипнула.

— Хватит геройствовать, — прошипела ему в ухо. — Ты сильнее. Умнее так точно.

Драгоценный на мгновение перестал и нападать, и защищаться, просто накрыл мои руки, обнимающие его, своими. Вместе со мной уклонился от очередного всплеска тьмы. В тот же момент я почувствовала, как течет по телу сила.

Я улыбнулась и запрокинула голову.

— Нет! — Грайан тоже почувствовал и зарычал, будто раненый зверь. — Не смей использовать ее!

Тьма растаяла, и Глайана отшвырнуло на несколько шагов.

Мы с Арманом стояли, будто в центре огромного драгоценного камня.

Мама попыталась броситься к брату, но тот заставил газон у ее ног взорваться фонтаном земли и травы. И пока она уклонялась от камней, успел подняться на ноги. Нам всем достался раскаленный от ненависти взгляд.

— Да пошли вы! — прошипел Грайан и зашагал куда-то по улице.

— Мне жаль, но выбора действительно не было, — нарушил молчание Арман. — Этта — проводник. Наследник жуков как-то узнал об этом и попытался ее заполучить.

Мама медленно кивнула.

— По крайней мере, теперь она под твоей защитой. — Она восприняла все куда лучше, чем мы опасались.

На минуту повисла тишина. Мама взялась готовить чай, видимо, чтобы успокоиться. Я же не могла оторвать взгляд от руки Армана. Рана все еще была там, с некрасивыми багровыми краями и чернотой внутри. Она будто пульсировала. И очень меня пугала. А Арман просто сидел, ждал свой чай и ничего не делал.

— Вам все еще нельзя… — Мама запнулась и окинула нас выразительным взглядом.

— Не беспокойтесь, у нас чисто платонические отношения, — заверил ее Арман. Но эмоции в голосе у него уже не осталось сил. — Магические, я хотел сказать.

Обманывает он, а щеки горят у меня.

И губы — от воспоминаний о поцелуях по дороге в Академию каждое утро.

— Хорошо. — Мама решила поверить.

— Твоя рука! — не выдержала я.

— Угу, — согласился маг.

Да что с ними такое?!

— Позвать лекаря? Принести лекарство? Сообщить в Академию? Что делать?! — паниковала я, похоже, одна за всех.

Арман обвел кухню слегка осоловелым взглядом и обхватил ладонями чашку, которую мама поставила перед ним.

— В кабинете, в среднем ящике стола должны быть чистые накопители, — вспомнил он. — Принеси два, пожалуйста.

Я послушно бросилась исполнять поручение.