Ждут чего-то…
Но вот поступила команда.
Квартира под постоянным наблюдением. Мент и его домашние дома. Болтают о чем-то, на кухне возятся, музыку слушают, телек смотрят. Ночь уже давно на дворе. А они угомониться никак не могут…
Голяк со своими помощниками жил в квартире дома, расположенного напротив того, в котором жил мент со своей семьей. Отличная позиция для наблюдения. Только в окна взгляд не попадает. За плотными шторами ни фига не видно. Но есть отличная звукозаписывающая аппаратура, через нее прослушивается вся квартира.
А еще есть оружие. Отличные пистолеты-пулеметы «кедр», по два на брата. По одному «стволу» в каждую руку. И броники у каждого. Квартира ведь под охраной находится. Ментовский автоматчик у дверей постоянно пасется. Да и сам мент кусаться может.
Но внезапность решает все.
Голяк готовился к бою. Но случился облом. Ни в подъезде, ни перед квартирой охранника нет. И в квартире его быть не может. Разве что пару минут назад туда вошел…
Дверь тяжелая, бронированная. Отмычкой ее не возьмешь. Да и не надо. У Лекаря есть более мощный ключ.
У него отличный портативный автоген. Не растрачивая попусту ни секунды, он встал перед дверью, запустил аппарат и приступил к работе. Голяк с напарником страховали его. Они готовы были в любую секунду открыть огонь.
Дверь продержалась ровно две минуты. За это время ничего не случилось. И все трое беспрепятственно ворвались в квартиру. Осмотрели одну комнату — пусто, осмотрели вторую — то же самое… В квартире никого. Но слышны голоса домашних, переговариваются между собой. Голяк понял, в чем дело. И со злости выпустил всю обойму в старый четырехдорожечный магнитофон.
— Уходим, — сказал он.
Но уйти не удалось. На выходе из квартиры с лестничной площадки ему в лицо ударил мощный луч света.
— Милиция! Бросить оружие!..
Но Голяка на пушку не возьмешь. Он вскинул свой пистолет-пулемет. И тут же увидел другой свет. Под грохот выстрелов из автоматного ствола полыхнул огонь… Это было последнее, что Голяк видел в своей жизни…
Афанас был в панике, голос его срывался на истерический визг.
— Менты!.. Много ментов…
А затем в трубке послышался какой-то грохот, звук удара. Афанас вскрикнул и заглох. Снова шум, снова звуки ударов. А потом кто-то забрал у Афанаса трубку. И Буряк услышал:
— Я не знаю, кто ты там такой! Но тебя, урод, достанем, помяни мое слово…
Буряк в ужасе отбросил от себя мобильник.
Афанаса с его пацанами повязали менты. Это яснее ясного. Ситуация вышла из-под контроля…
Был бы Мамонт, он что-нибудь придумал бы. Он знал, на какой рычаг надавить. У Буряка нет таких возможностей влиять на ситуацию, заложником которой он вдруг оказался…
Все, надо уходить. Плевать на всех, нужно спасать свою шкуру.
Все вещи собраны, малогабаритный автомат на чемодане.
