Пожалуй, он готов был вызывать ее бесконечное число раз, только чтобы посмотреть на это чудо столетней выдержки.
Она вышла также молча, а он, подождав ещё три минуты, снова позвал ее к себе.
— Может, я прямо здесь сяду? — не выдержала она.
— Зачем? — он посмотрел на нее недоуменно.
— Чтобы не ходить туда-сюда и быть рядом, когда вам действительно понадобится.
— А что же вы пришли?
— Вы же меня вызывали!
Он видел, что она уже на грани.
— Да? Я, должно быть, забыл. Вы же помните, что я страдаю рассеянностью, — улыбнулся он и пожал плечами.
Ева вышла и Адам мысленно отметил, что она прекрасно держится, раз до сих пор ещё не хлопнула дверью.
Так продолжалось до самого обеда. Когда он в очередной раз позвал ее к себе без пяти минут два, она вошла в кабинет с лицом, которое заставляло заподозрить, что скоро ему придется искать новую секретаршу.
— Что-то случилось, Ева? — спросил он, поднимаясь с кресла. — Ну, чтобы там ни было, это подождет. Я хочу пригласить вас на обед. За счёт фирмы, разумеется. Здесь, на самом верхнем этаже, имеется очень хороший ресторанчик. Идемте.
Адам сделал жест, приглашая ее пройти первой в так и оставшуюся распахнутой дверь.
То, что Левандовский нанял её на эту работу с какой-то целью, Еве стало ясно не сразу. Даже тот час, который она провела на улице, когда её попросили выйти наружу и ждать там, не навёл её на эти мысли. Отсутствующий на проходной пропуск, о котором Адам Данилович не позаботился, тоже не особо сигнализировал о каких-то задумках со стороны её босса.
Но вот то, что Левандовский устроил в офисе, буквально кричало: либо она пошла работать к человеку, методам которого позавидовали бы даже самые заядлые садисты, либо… О втором «либо» подумать времени было в обрез. Адам гонял Еву туда-сюда, вызывая её к себе каждые несколько минут, и в конце концов она заподозрила даже, что какой-то демон вселился в боссов селектор, отчего тот живёт своей жизнью. С толку так же сбивало и странное поведение Левандовского, который перед началом рабочего дня вдруг проявил по отношению к ней вполне человеческое участие. И не мог же он не знать, как именно действует на женщин? Не мог, разумеется, потому всё, что он творил дальше — как согревал её руки, как смотрел на неё в тот момент — Ева предпочла счесть спланированной акцией по её соблазнению. Своего рода самообман, дающий возможность черпать уверенность в себе, если ты пришёл в офис к самому сексуальному мужчине Екатеринбурга в виде пугала с красными губами.
О том, чтобы перекусить хотя бы чашечкой кофе, не могло быть и речи. Во-первых, поначалу ей кусок в горло не лез, как только она вспоминала о прикосновениях горячих рук Левандовского. Во-вторых, времени у неё не было от слова «совсем».
