Тогда, в детстве, за невозмутимость, хладнокровие и тонкий расчет при ударах его наградили кличкой Айс, что по-английски означает «лсд». Именно наградили, а не дали прозвище, потому что всеобщее уважение к собственной персоне Олег с детства выбивал кулаками, не влезая в драку зря, но и не давая спуску обидчикам. А если добавить к тому же, что у родителей нашлись «лишние» средства для того, чтобы отдать его в юношескую школу восточных единоборств, то понятной станет и причина уважения к Олегу его сверстников, и даже тех, кто постарше…

— Ребята, мне ведь некогда разбираться с вами за это наследство! — кивнул он на кучу сбитой фанеры.

 — На поезд могу опоздать!

— А мы тебя разве держим? — искренне удивился тот, с бутылкой водки, — Отдай только кошелек, которым ты тряс вот за этой стенкой — и крути педали… Нам баксы во как нужны! — чиркнул он ногтем большого пальца себя по горлу где-то в районе кадыка.

— Ну, мне-то они нужнее! — вежливо ответствовал Олег и ударил костяшками пальцев правой руки с выдвинутым средним суставом именно в это место — в «яблочко».

«Хозяин квартиры» захрипел, судорожно пытаясь захватить в легкие воздух перебитой гортанью, затем вскинул вверх руки, словно пытаясь прихлопнуть пролетавшую муху, и осел на асфальт.

Рядом стеклянно лопнула бутылка, растекаясь водочной лужицей. Двое его друзей мгновенно сквозанули наружу и, выхватив финки, стали по обе стороны прохода.

— Выходи, шакал, рэзать будем!

— Вот это другой компот! — довольно воскликнул Олег, потому что в тесном закутке и развернуться-то негде было.

Сгруппировавшись, он кувырком выкатился наружу и, сделав стойку на плечах, засадил обоим гоп-стопникам носками туфель по челюстям.

Те, мелькнув подошвами кроссовок, завалились в гущу ящиков из фанеры, а Олег, вскочив, увидел стоящих невдалеке Юльку с Инеской, с неподдельным интересом наблюдавших за схваткой, и… проплывающие мимо вокзала вагоны поезда Москва-Адлер. Его поезда… С ходу выделив каждой «миледи» по оглушительной оплеухе, он напрямую рванул к отходящему составу, отчаянным прыжком взлетел на площадку предпоследнего вагона, успев крикнуть им на прощанье:

— Ждите, милашки — мы еще встретимся! Я обязательно вернусь за расчетом…

— Стоять на месте, резвый! — встретил его в следующем вагоне наряд поездной милиции.

Старший наряда — немолодой уже младший лейтенант, по размеру живота которого можно было безошибочно определить о его многолетнем стаже работы в органах МВД, с подозрением уставился на Айса:

— Это кто же у нас козликом скачет туда-сюда? Да еще местной вокзальной милиции спокойно работать не дает?..

И началось: руки не там, где надо, а значит — за спину их и в наручники.