Отойдя на несколько шагов, он остановился. Обернулся и посмотрел прямо в камеру дрона. И я поставил видео на паузу. Приблизил лицо, рассматривая человека:
— Так вот ты какой, Цареубийца, — глядя на экран, пробормотал я, делая снимок лица. Остались сущие мелочи.
— У вас есть доступ к городским камерам? — поинтересовался я у старшего патруля.
Тот кивнул. И я загрузил фото в сеть. Осталось отследить его по камерам и дело сделано.
Личность преступника программа не распознала. Парень особенно не таился, шагая по мостовым. Но отследить его удалось до въезда в Корабельный район. Дальше поиск словно завис.
— Там камеры не работают? — предположил я.
Жандармы переглянулись:
— Ну так дальше районы, где простолюдины живут, — с удивлением ответил за всех старшой. — За чем там следить?
И в этот момент, компьютер пискнул, сообщая о совпадении.
— Неужели свершилось чудо? — пробормотал я, оборачиваясь к монитору.
— По-другому и не назвать, милсдарь, — старшой снял фуражку и почесал в затылке. — Рабочая камера в Корабельном районе. Которую не сломали и не украли.
Камера была установлена на одной из парадных. Она-то и показала крупным планом лицо того, кого мы искали.
— А вот и нужный человек, — я встал с кресла. — Благодарю за службу.
Сотрудники охранки вытянулись:
— И ещё, — я наставительно поднял указательный палец. — Операция по поимке этого человека засекречена. Дело государственной важности. Поэтому я очень прошу вас никому не говорить об этом.
Колпак жёг пальцы, помогая мне уговорить сотрудников держать язык за зубами. Возможно бы я справился и без объекта, но рисковать не хотелось.
— Служим императору и Отечеству, — хором ответили жандармы.
***
Машина затормозила у серого, траченного временем крыльца. Настолько старого, что через выбоины раскрошившегося бетона торчали ржавые прутья арматуры. Я открыл водительскую дверь и нога в дорогом ботинке шлепнула по луже.
Выругался сквозь зубы, осторожно обходя разлившуюся в выбоинах асфальта грязную воду.
Осталось найти самого Цареубийцу. В доме семьсот пятьдесят квартир. Их можно неделю обходить.
И в этот момент, я почуял едва заметный зов объекта, который взывал к Хранителю. Довольно усмехнулся и направился к крыльцу.
Домофона на двери парадной не было. Вместо него была раскуроченная кем-то панель. Зато на нижней площадке пахло спиртом. Источник даже искать не пришлось. У почтовых ящиков валялись осколки разбитой бутылки. А в шаге от них на разбитом кафеле растеклась лужа крови. В которой, как мне показалось, виднелись белые крошки зубов. Значит, карма быстро настигла бедолагу за его кривые руки. Ещё легко отделался. А ведь могли распять на стене.
Я нажал на оплавленную кнопку, и разрисованные створки лифта с лязгом распахнулись.
