Но не те, о которых она готова была бы ему рассказать. Ей как-то не по себе становилось: хотелось спрятаться от этого пристального, изучающего взгляда, словно проникающего в голову и считывающего все ее мысли! Она его боялась немного, наверное, в глубине души.

И, одновременно с тем, ей до дрожи хотелось, чтобы Олег Георгиевич на нее смотрел не прекращая…

Зачем?! Даше точно от него такое пристально внимание не нужно, если по уму и логике судить! Только нечто необъяснимое, очень далёкое от рационального разума, будто тянулось к этому вниманию, жаждало… Но Дарья старалась себя одернуть и напомнить обо всех адекватных доводах.

Потому резко взгляд отвела, уставились на свои руки, в которых судорожно сумку сжимала.

— Нет. Нет, Олег Георгиевич. Все нормально, — она все же заставила себя оторвать ногу от пола, куда будто прилипла, и пошла к своему столу. — Единственное, — поставив сумку в нижний ящик, обернулась к начальнику, все еще не поднимая глаз. — Пока рабочий день не начался, я могу сходить, купить кофе? — уточнила, с некой внутренней обреченностью понимая, что завтрак ей не светит.

Может, в кофейном киоске неподалеку сумеет купить хоть что-то и быстро съесть? Или, возможно, буфет внизу уже открыт?

— А чем вас этот кофе не устраивает? — поинтересовался Гутник с сарказмом, который просто-таки пробрал ее до позвоночника.

И чуть резким жестом руки ткнул в сторону кофеварки, в которой она ему вчера этот напиток и готовила.

— Заодно и мне можете сварить, не успел еще выпить утром, — добавил Гутник. — Или с этим какие-то проблемы тоже?

Даша нервно мотнула головой и удивленно вздернула голову, все же встретившись с ним глазами. Зря, конечно, опять будто иглой между ребрами, пронзила непонятная смесь опасений, любопытства, странного притяжения… Как невольно замираешь на самом краю обрыва и понимаешь, что одно неверное движение может смертью обернуться, рухнешь в пропасть без шансов, а сил не смотреть — нет! Вот так сейчас себя и чувствовала…

— Я… Я не знала, что могу ею пользоваться, — с непривычной для себя робостью, которая перекрыла горло душным комом, откашлялась. — Это же ваш кофе, — попыталась свои действия пояснить.

А Олег Георгиевич стоит и настолько внимательно в нее всматривается, будто точно хочет череп этим взглядом вскрыть! А ей ничего в его темном взгляде непонятно, не может предположить или угадать мысли и приблизительно. И это тревожит еще сильней!

И смотрит. Ну вот что он так пристально смотрит?!

Даша вновь глаза опустила.

— Да… Да, конечно, — кивнула она, согласившись.

И пошла к кофеварке, с грустью подумав, что перекус вновь откладывается на неопределенное время…

Но тут, будто прийдя в отчаяние от этого осознания, ее желудок так громко заурчал, что это стало слышно на весь кабинет!..