Сверкая голой задницей и размахивая хуем, он рыдал и орал, пытаясь убежать от несчетного множества мелких черных змей, часть из которых уже обвила его ноги.

Хуан Сяоюэ испуганно воскликнул:

— Мой ученик?

— Не ходите туда! — предостерег его Наньгун Сы.

Как бы быстро он ни бежал, на воющего в голос незадачливого ученика с каждой секундой забиралось все больше змей. В конце концов, он споткнулся и растянулся на земле, истошно вопя:

— Учитель! Учитель, спасите меня!

Хуан Сяоюэ хотел было броситься ему на помощь, но тут вмешался Наньгун Сы:"

"— Эти змеи — волоски с усов и бороды водяного дракона.

Услышав это, Хуан Сяоюэ струсил и отступил, продекламировав для очистки совести:

— Общее благо важнее личных интересов[211.1].

После этого он совершенно бесстрастно наблюдал, как на глазах у множества людей похожая на прилив волна из змей накрыла его ученика.

После этого происшествия люди предпочитали помалкивать, чтобы не сболтнуть лишнего.

Длинный язык до добра не доведет. Теперь эта истина стала очевидна для всех.

Во избежание проблем Сюэ Чжэнъюн наложил заклинание безмолвия не только на себя, но и на Сюэ Мэна.

Так, соблюдая предельную осторожность в словах и поступках, на третьи сутки, глубокой ночью, люди пересекли горную гряду Паньлун и подошли к Кургану Героев Духовной школы Жуфэн под горой Цзяо.

Магический барьер горы Цзяо отличался от барьера на горе Хуан. Так как водный дракон презирал обман, этот барьер был полностью прозрачным и снаружи можно было в подробностях рассмотреть, что творится у подножия горы.

Осмотревшись, Цзян Си спросил:

— Так это и есть место захоронения героев многих поколений Духовной школы Жуфэн?

Лунный свет ясно освещал неподвижное лицо Наньгун Сы. Помолчав немного, он ответил:

— Верно.

Гора Цзяо была образована из плоти и крови водяного дракона.