Благодаря этому название «биндюжник» со временем распространилось и на грузчиков. А учитывая любовь и самих биндюжников и грузчиков к крепким выражениям, не вызывает удивления то, что слово «биндюжник» вскоре начало означать просто «грубиян». Однако произошло это уже в XX веке, когда биндюжники исчезли, уступив место грузовикам.
– Ты уверен, что это Шендзеляж? – спросил меня Андрей Березин, рассматривая фотографию. Андрей – это начальник СБЭ, ответственный в первую очередь за внешнюю разведку, он же – советник Министерства иностранных дел и доверенное лицо императора.
Интересно, что если в нашем будущем, откуда мы пришли, ФСБ и внешняя разведка – как ГРУ, так и СВР – соперники, то здесь мы очень хорошо и плодотворно работаем вместе и попутно занимаемся модернизацией соответствующих структур Российской империи. Но далеко не все можно поручить этим структурам – как-никак у нас несколько другой опыт, да и техническая оснащенность такая, какая местным и не снилась. К тому же и личные отношения между нами позволяют взаимодействовать со «смежниками» на совсем другом уровне.
До недавнего времени Шендзеляж казался нам не самой значимой фигурой. Да, через него мы вышли на основную британскую шпионскую сеть в Петербурге, но мы не ожидали, что именно он окажется вовлечен в похищение Елизаветы Бирюковой и Федора Филонова. Более того, вскоре после их исчезновения наш друг Зигмунд объявился в Гельсингфорсе, где его видели вместе с Валентином Ивановым – судя по всему, джентльмены решили переключиться на Валю. А после Гельсингфорса Шендзеляжа не видел никто – пока два дня назад он не всплыл, на этот раз в буквальном смысле этого слова – со дна Финского залива.
– Либо он, либо его двойник. Но на фото все особые приметы в наличии.
– И что ты думаешь по этому поводу?
– Интересно вот что. И Шендзеляж, и его люди действовали весьма топорно. А вот похищение Бирюковой и Филонова, судя по всему, прошло без сучка и задоринки.
Далее. Единственный известный нам участник похищения вскоре погибает, причем будь веревка чуть качественней, мы бы об этом не узнали.
– Так ты полагаешь?..
– Я полагаю, что в Питере появилась какая-то неизвестная нам организация.






