Партизанское командование верило ему, Матвею Кулешу, — он ведь оказал им услугу. Кулеш стал своим человеком у партизан. Вел он себя очень осторожно. Свои симпатии к партизанам высказывал только надежным людям. Хорошо ему жилось в эти зимние месяцы! Впервые за всю войну у него были дни, когда он не думал о смерти и она не висела над ним страшным призраком. Теперь ему хотелось так прожить до самого конца. О, Матвей Кулеш был не дурак, он уже предвидел, каким будет этот конец. Сталинград и успехи партизан и ему открыли глаза. И тогда его охватил еще больший страх за свою жизнь.

«Куда спрятаться? Где переждать все это?» — с ужасом думал он. Когда партизаны весной отступили из Ореховки, он, притворившись больным, остался в деревне, затаился, отрастил бороду, во всем угождал жене, старательно работал по хозяйству и помогал солдаткам. Но вдруг, однажды вечером, когда он вернулся с поля, его встретил незнакомый человек с сизым лицом и приказал явиться в комендатуру. Волосы стали дыбом на голове у Кулеша. Смерть снова заглянула ему в глаза…

В это время уже действовала карательная экспедиция. Кругом горели деревни. Люди уходили в леса. И Кулеш не пошел в комендатуру. Несколько дней он, как голодный волк, блуждал по лесу, долго думал и, наконец, решил, что дорога для него одна. Два года он идет по ней. Так зачем же ему сворачивать с нее? Да, говорят, и комендант теперь новый, не такой шальной, как Визенер. Он поймет, что для немцев лучше, если Кулеш будет работать тайно. Но как объяснить, почему он не явился в комендатуру сразу, почему исчез? Сказать, что партизаны с собой увели и отпустили по болезни? Нужно вот только узнать, где идет этот бой, как они там размещаются, чтобы не напутать при рассказе.

И предатель пробрался к тем местам, где в этот день шел бой. И вот тут, в лесу, случайно он набрел на знакомых партизан-разведчиков. Кулеш сделал вид, что обрадовался встрече.

— Я уже два дня по лесу блуждаю, вас ищу. Я узнал, что немцы пронюхали о моих связях с вами и хотят арестовать.

— А не говорил я тебе, чтобы ты сразу со мной шел? — сказал Кулешу партизан, живший у него в хате в один из зимних месяцев.

— Так я ведь совсем больной. Куда мне было из Ореховки уходить? Видишь, едва на ногах держусь. По правде сказать, если бы не немцы, я бы и сейчас не пошел к вам. На что я вам хворый?..

Вечером того же дня Кулеш вместе со всей бригадой попал в окружение.

Нигде и никогда еще Матвей Кулеш не смотрел так близко в лицо смерти, как тут. О, он все сделал бы, чтобы спасти свою жизнь! Но как спасти ее? Как? Перебежать к немцам? Но что сказать им, чтобы оправдать свою связь с партизанами? Теперь уж обязательно нужно принести им полезные сведения. «Да, да, нужно найти, подслушать такие сведения и продать их за право существовать на земле.