Две космические расы остались слепы к благодати Назначения. Беспощадная история не умалчивала об этих прискорбных прецедентах, но освещала их с той же бесстрастностью, с какой повествовала о длинной веренице блестящих побед, торжества Назначения. Те две расы не удалось ни убедить, ни биологически изменить. Не поддавались они и всем остальным способам, при помощи которых их хотели подвести к истине. Характеристиками их были: неиссякаемая враждебность и слепое безумие. Тогда встал вопрос об их устранении, как ни тяжело было об этом говорить. Иначе эти расы серьезно затормозили бы распространение истины.
Когда Тот-Кто-Решает подумал об этом, печаль посетила его сознание. Он жалел об устранении тех рас. Не столько потому, что считал уничтожение целой цивилизации изначально актом аморальным, а потому, что понимал: погибшим уже никогда не суждено быть интегрированными в Назначение.
За тысячи лет распространения истины лишь два раза пришлось идти на самые крайние меры. Память о тех отдельных катастрофах лишь плотнее сплачивала между собой амплитуров и их союзников и толкала их на новые усилия и свершения.
Тот-Кто-Решает был уверен, что ему никогда не придется командовать устранением народов. Его предшественники, имевшие полномочия принимать решения, тогда поступили правильно с двумя непокорными мирами, иного выхода просто не было… Однако печать поражения и неудачи осталась в истории на их именах и передавалась в некоторой степени даже на потомков.
С тех пор Амплитур далеко ушел вперед. Множество новых миров присоединилось к этой цивилизации для того, чтобы проникнуться благодатью Назначения и помогать в деле его распространения.
В этом амплитуры нисколько не возвышали себя над прочими расами. Перед Назначением все были равны. Впрочем, они были первооткрывателями истины и поэтому знали, что на них возложена определенная ответственность.
«Кто-то ведь должен принимать решения», — подумал Тот-Кто-Решает.
Амплитуры руководили и вдохновляли, другие народы вносили свой вклад.









