Бусинка с моим папой скрываются за воротами, а я всецело посвящаю себя Мейеру. Всхлипнув, ныряю в его объятия, по которым так истосковалась.

- Все получилось, как ты и планировал? – лепечу я, утыкаясь носом в его бурно вздымающуюся грудь.

- Иначе и быть не могло, - запускает руку мне в волосы, поглаживает затылок. И в макушку меня целует. – Я ведь часть семьи своей в России оставил, - шепчет с нежностью.

- Я подписала те документы, как ты и просил, - отклоняю голову так, чтобы зрительный контакт с Артуром установить.

- Я знаю, - проводит рукой по моей щеке, и я невольно зажмуриваюсь и едва не мурлычу.

- Теперь у меня есть дарственная от Давида Вебера, - надуваю губы, ожидая объяснений.

- Я рассказывал тебе о Давиде, - приподнимает бровь цербер. - Это тот самый конкурент, который увел Эмму вместе с моей компанией. А потом бросил эту дуру, оставив себе бизнес. Но Эмма успела умыкнуть у него документы и флешку с компроматом. По ее гениальному плану, я должен был при помощи шантажа забрать свое дело назад, а потом разделить с ней «совместно нажитое» имущество пополам при разводе.

- Не верю, - мрачно бросаю я.

Не могла нормальная мать в здравом уме от ребенка отказаться! Ни за какие деньги. Но, судя по выражению лица Артура, он не врет…

- Тем не менее, это правда, какой бы жестокой она не была, - вздыхает Мейер. - В итоге, бизнес действительно удалось вернуть в обмен на компромат на Давида. Вот только вместо моего имени в документы вписали твое. Маленькая деталь, о которой Эмма не знала. Позже она подтвердила на суде, что отказывается от родительских прав, и… получила свою половину имущества…

Делаю паузу, задумавшись.

- Но… - уточнить решаю. - Что ей досталось, если бизнес в Австрии оформлен на меня, а объекты в России – на папу?

- Эмма-то этого не знала, - хмыкает Артур. С сарказмом и злостью. – Она уверена была, что я у нее на крючке. Как тогда, когда она сбежала впервые… Но знаешь, я расщедрился. И отдал ей весь дом в Австрии. Целиком. Да еще и квартирку на окраине в придачу. Деньги с банковского счета. Если учесть, что все мои финансы вложены в бизнес, то… сильно Эмма не разгуляется.

- Вдруг она разозлится и Софи заберет? – ахаю я испуганно.

- Нет, на этот раз не сможет, - отрицательно головой качает. - По закону у нее больше нет никаких прав. Все.

- А бусинка? Она же скучать будет, - говорю с грустью и жалостью к малышке.

- Первое время они будут созваниваться и общаться по видеосвязи, - умолкает, размышляя, сообщать ли мне детали. Но я хлопаю Артура рукой по плечу, и он продолжает: - Звонки будут осуществляться исключительно при мне и под контролем.